Григорий Голосов: Поправки Медведева приведут к стабилизации авторитарного порядка

Президент России Дмитрий Медведев сегодня внес в Госдуму проект изменений Конституции страны - он предлагает увеличить президентский срок с 4 до 6 лет, а срок полномочий депутатов Госдумы с 4 до 5 лет. Доктор политических наук, директор Межрегиональной электоральной сети поддержки Григорий Голосов прокомментировал ЗАКС.Ру эти и другие предложения президента России.

- В декабре этого года российской конституции исполняется 15 лет. С тех пор, как известно, она не подвергалась существенным изменениям. Если вспомнить слова Владимира Путина, который подчеркивал, что конституция неприкосновенна, и он как президент не собирается ее менять, как можно оценить предложения сегодняшнего президента Дмитрия Медведева, в частности, об увеличении срока президентства до 6 лет? Является ли это политической реформой и серьезным изменением конституции?
 - Разумеется, это является серьезным изменением конституции. Сроки полномочий верховных органов власти – это в любой конституции один из наиболее фундаментальных аспектов, его пересмотр означает фундаментальный пересмотр конституции.

- Насколько это нововведение изменит политическую ситуацию?
 - Довольно сильно. Иногда приходится слышать мнение, что поскольку выборы в России ничего не решают, то, в общем, и не важно, насколько часто их проводить. Однако как раз то, что нынешние власти решили проводить выборы в верховные органы власти значительно реже, чем раньше, свидетельствует о том, что они так в действительности не думают. Они стремятся минимизировать риски, которые вытекают из любого избирательного процесса, и я думаю, что в этом и состоит главный стимул к тому, чтобы конституцию все-таки изменить.

 - Такая мера положительно скажется на развитии государства? Какой оптимальный срок для президентства в России, по вашему мнению?
 - Я думаю, что конституция 1993 года установила вполне достаточный президентский срок в 4 года. В этом Россия не отличалась от большинства существующих демократических стран. Что же касается того, как эта мера повлияет на развитие государства, то здесь нужно уточнить, что именно мы подразумеваем под развитием государства. Если иметь в виду демократическое развитие, то влияние будет, безусловно, негативным. Но даже если имеется в виду просто повышение эффективности управления, то я сомневаюсь, что человек, который не смог справиться с управлением за 4 года, сможет справиться за 6 лет. И наоборот, человек, который является в действительности эффективным, вполне может справиться со своими обязанностями за 4 года,  а потом выйти на второй срок. А ведь 8 лет – это очень долго.

- Эта реформа затронет действующего президента или она будет применена при следующих выборах?
 - Насколько я понимаю, правовая сторона этой ситуации не вполне ясна. С  политической точки зрения, мне кажется, было бы очень неприлично, если бы это коснулось действующего президента. И я думаю, что даже современные российские власти это хорошо понимают. Поэтому я бы предположил, что это коснется следующего президента и следующих выборов.

- Как вы оцениваете другие президентские поправки?
В целом, они не существенны, они служат своего рода шумовым фоном для того, чтобы сделать единственное предложение, которое действительно важно. Это – предложение об увеличении президентского и парламентского сроков полномочий. Что касается всего остального, то ни к каким серьезным переменам это не приведет и привести не может.

- А как же снижение барьера для партий?
 - Речь не идет о снижении барьера. Останется 7% барьер, который является запретительным, не совместимым с международными избирательными стандартами. Но при этом будет введено положение, что партии, набравшие от 5 до 7 % голосов, получат символическое представительство в Думе. Речь идет о 1-2 мандатах. Понятно, что никакого существенного влияния такого рода представительство на работу Думы не окажет. А ведь 5 % в России – это более 5 млн. человек, это очень много. И вот теперь партии, поддержанные таким количеством избирателей, получат 1 или 2 мандата каждая. Мне кажется, что это издевательство. Если бы нынешние власти всерьез задумывались о демократизации российского избирательного процесса, одна из возможных мер состояла бы в том, чтобы действительно снизить барьер. В условиях чисто пропорциональной системы нормальная и приемлемая величина барьера - 3%. Только в рамках смешанной системы допустимы 5% (как, скажем, в Германии, или у нас в России до выборов 2003 г. включительно).

- То, что президент предложил отменить денежный залог и снизить минимальное количество членов политической организации – это не упростит жизнь партиям?
- Это разные вопросы. Что касается избирательного залога, то в современных российских условиях его отмена носила бы откровенно антидемократический характер. Если мы посмотрим на региональные выборы последних месяцев, то оказывается, что залог был по существу единственной возможностью зарегистрировать списки, которые были не совсем желательны для властей, как это произошло с партией "Зеленых" в Иркутской области. Дело в том, что существующий порядок проверки подписей таков, что на основании недействительных или недостоверных подписей можно снять с выборов кого угодно. Это факт. И мы это постоянно наблюдаем в последние месяцы. Поэтому в действительности эта мера ограничивает возможности конкуренции, а вовсе не улучшает их.  

А поводу снижения количества требуемых подписей для регистрации кандидатов можно сказать только то, что эта мера была предложена в чрезвычайно общем виде. Совершенно непонятно, что имеется ввиду, когда это будет сделано, до какого уровня оно будет снижено. Но самое главное, что проблема не в количестве подписей, которые нужно собрать. Можно установить, что надо собрать 10 подписей, но при этом если избирательная комиссия с помощью своих "экспертов" будет 8 подписей отбраковывать у любого кандидата, участие которого в выборах нежелательно, то от этого ничего не изменится.

- А как вы оцениваете предложение по ротации руководящего партийного аппарата, с тем, чтобы одно и то же лицо не могло занимать руководящую должность дольше определенного срока?
 - Я думаю, что это неправомерное вмешательство государства во внутреннюю жизнь партий. Государство для себя может устанавливать какую угодно ротацию. Но для себя оно как раз сокращает возможность ротации, увеличивая сроки полномочий избранных руководителей. Что касается партий, то это общественные организации, и они могут устанавливать у себя те порядки, которые захотят устанавливать. Впрочем, это предложение совершенно не существенное, просто-напросто потому, что партии могут легко переименовывать свои руководящие офисы. Например, человек в течение 30 лет был председателем партии, ввели ротацию законодательно – он переименовался в председателя высшего совета партии. Формально он занял другой офис. Я понимаю политическую логику этого предложения. Оно направлено непосредственно против двоих – Жириновского и Зюганова, причем против второго  – в большей степени, чем против первого. Но к демократизации это не имеет абсолютно никакого отношения.

- По поводу того, чтобы кандидатуру губернаторов должны предлагать только партии, победившие на региональных выборах, идут многочисленные споры. Каково ваше мнение?
 - Я думаю, здесь речь идет о том, чтобы предоставить дополнительный бонус партии "Единая Россия". Региональные выборы сейчас устроены так, что технически невозможно никакой партии получить голосов больше, чем "Единая Россия", на это работает вся система ограниченной конкуренции и прочие прелести российского избирательного права. Стало быть "Единая Россия" будет предлагать кандидата президенту, президент будет предлагать его Законодательному Собранию, то есть той же самой "Единой России" в ЗакСобрании. Риски здесь минимизированы как для президента, потому что он сохраняет за собой право ту или иную кандидатуру "Единой России" не принять (хотя на практике, конечно же, кандидатуры будут согласовываться), так и для самой ЕР, потому что если ее кандидатура принята, то ее утверждение гарантировано.

- Относительно реформы в Совете федерации – президент предложил, что он должен формироваться из представителей региональных парламентов и органов местного самоуправления. Он также предложил отменить ценз оседлости для сенаторов. Как вы это оцениваете?
- Это не очень существенные меры. Теперь, прежде чем начать свой путь в Совет Федерации, все состоятельные и влиятельные люди, которые стремятся туда попасть, должны будут решить одну небольшую дополнительную задачу, – а именно, обеспечить себе места в партийных списках "Единой России". Они, собственно говоря, и раньше это довольно часто делали. И сейчас среди депутатов Совета Федерации достаточно людей, которые избирались в региональные ассамблеи. Но для "Единой России" это, опять же, небольшой бонус, потому что раньше члены СовФеда имели возможность обходить партийный фильтр, теперь эти возможности будут скромнее. Я думаю, что такая схема косвенно затрагивает позиции партии "Справедливая Россия", потому что Сергей Миронов, как председатель Совета Федераций, раньше имел существенное влияние на процесс отбора кандидатов, в том числе и от различных регионов. Сейчас ему придется делиться этим влиянием с партией "Единая Россия", и это не очень хорошо ни для него самого, ни для его партии.

- На ваш взгляд, эти поправки предложения еще будут обсуждаться и корректироваться, или это уже решенные вопросы?
- Трудно сказать. Все это должно пройти через Госдуму, и я думаю, что у Кремля есть некоторое пространство для маневра. Может быть, они посмотрят, какую реакцию эти меры вызывают в обществе, как реагируют разные участники российской политики. При этом основная инициатива все равно останется за президентом и его администрацией. Понятно, что если эти меры будут внесены в Думу, то она их утвердит.

- Почему именно сейчас были сделаны эти поправки и чему они могут способствовать? Можно ли это назвать некой оттепелью?
 - Нет, нельзя. Я думаю, что главная мера, предложенная Медведевым – увеличение сроков полномочий президента и Госдумы –  это элемент окончательного оформления авторитарного порядка в России. Все остальные меры носят характер шумового прикрытия. Они незначительны. Но даже если их изолировать от основного предложения, то собственно демократического содержания я в них не вижу. Единственная мера из озвученных Медведевым, которая действительно носила бы демократический характер, если бы была реализована, – это упрощение порядка регистрации политических партий, а именно снижение требований к их численности. Но это предложение, к сожалению, было сформулировано в слишком общем виде. Более того, было сказано, что имеется ввиду поэтапное снижение таких требований, а этапы, как известно, в России могут растягиваться на долгое время. Поэтому я бы и этому не придавал большого значения. Но это единственное, в чем был демократический потенциал. Все остальное – просто шум, направленный на создание положительного впечатления в условиях, когда его создать трудно. Потому что главная из предложенных мер носит явно антидемократический характер.

 - В СМИ появились версии о том, что главная поправка – увеличение президентского срока до 6 лет, была сделана нынешним президентом для Владимира Путина. Якобы, Медведев уже в следующем году уйдет в отставку, состоятся досрочные выборы, и Владимир Путин вновь займет президентское кресло уже на 6 лет. Как вы относитесь к такой версии?
 - По правде сказать, когда интерпретируют их действия, нужно больше внимания обращать на то, что они говорят. В России есть такая привычка, не обращать внимания на то, что говорят власти, потому что они обманывают. Да, обманывают, но далеко не всегда. Достоинством нынешней российской администрации является как раз то, что они сравнительно часто говорят правду (хотя потом, как правило, пускают дымовую завесу). Путин еще в прошлом году говорил о том, что сроки полномочий президента нужно увеличивать, теперь они их увеличивают. Я бы мог привести еще много примеров, когда аналитики спекулировали по поводу намерений Кремля, но в конечном итоге, эти намерения реализовывались так, как были заявлены. Сколько было разговоров по поводу преемника, однако в конечном итоге преемником стал тот человек, который был явно обозначен президентом Путиным на ранних этапах подготовки кампании. Поэтому гадать о том, что они намерены делать, не стоит, а стоит просто прислушиваться к тому, что они говорят: очень часто они говорят то, что действительно собираются сделать. Кстати, речь о том, чтобы развести президентскую и думскую кампании, действительно шла. В конце прошлого года об этом говорил тогдашний президент. Вполне возможно, что готовятся какие-то меры, чтобы это осуществить. Но какие меры и на какие сроки рассчитаны эти изменения, мы не знаем, спекулировать не надо.

 - Можно ли назвать Медведева реформатором?
 - Нет, конечно. Правящая в России группа является последовательно консервативной, и об этом свидетельствует даже ее риторика. Главной ценностью для этой группы является не прогресс, а стабильность. Не думаю, что стоит рассматривать кого бы то  не было в нынешнем руководстве России как реформатора.

Согласен, они меняют конституцию. Но это консервативное изменение. Консерваторы меняют, когда чувствуют угрозу статус-кво. Это, собственно, отличает консерватора от настоящего реформатора. Реформаторам изменения нужны для  того, чтобы улучшить существующий порядок, а значит – изменить статус-кво. А консерваторы, даже если они идут на изменения, преследуют единственную цель  – сохранить существующий порядок вещей.

- Позитивно ли эти изменения повлияют на развитие страны?
  - Если и повлияют, то негативно. Я придерживаюсь того взгляда, что развитие российской государственности должно идти по демократическому пути, а в данном случае речь идет о стабилизации авторитарного порядка.

Григорий Голосов, доктор политических наук, кандидат философских наук. Профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге. Член редакционных советов журналов Party Politics и Slavic Review, ассоциированный международный редактор журнала Europe-Asia Studies. Автор нескольких монографий на тему партийной системы и региональной политики в России и Восточной Европе.

Беседовала Екатерина Стекольщикова