Дом Рыжкина на Лиговском проспекте, 127, вновь внесли в государственный реестр объектов недвижимости. Историческое здание удалось "восстановить в правах" благодаря усилиям главы фракции "Справедливая Россия" в Законодательном собрании Петербурга Алексея Ковалева. Однако градозащитники опасаются, что владелец дома попытается вновь снять его с кадастрового учета.
Представитель градозащитной организации "Живой город" Елена Радашевич напомнила, что с января 2015 года велась ручная разборка здания, ликвидировали внутренние несущие конструкции.
— Это было сделано для того, чтобы вызвать самообрушение здания. В этом случае владелец не обязан восстанавливать его в прежнем виде. Доведение здания до аварийного состояния — практика распространенная, — считает Радашевич.
Она привела в пример ситуацию со снесением некоторых производственных построек Варшавского вокзала, которых также не было в кадастре.
Градозащитница также рассказала, что высота внутридворовой застройки не должна превышать уровень лицевого корпуса здания, который следует восстановить в прежнем виде. Так что в здании может быть максимум два-три этажа. Радашевич отмечает, что это очень неудобная ситуация для владельца участка. Она считает, что существует опасность того, что владелец снова попытается снять дом с кадастра. По ее мнению, данная ситуация требует постоянного контроля.
Напомним, двухэтажный дом находится на территории зоны регулируемой застройки. По регламенту здание, находящееся на данной территории и построенное до 1917 года, является историческим. Такое здание можно сносить только в случае, если оно находится в необратимо-аварийном состоянии. В случае сноса его владелец обязан восстановить в том же виде и в тех же размерах. Если дома нет в кадастре, то на его месте можно построить здание любой высоты, позволяемой регламентом. В 2013 году владелец дома ЖСК "Лиговский, 127" самовольно снял здание с кадастрового учета, так как дом якобы был ликвидирован. Физически дом существует. Депутат Алексей Ковалев выступил инициатором проверки, в ходе которой Генеральная прокуратура выяснила, что здание было незаконно снято с кадастрового учета. Стало известно, что при снятии здания с кадастра отсутствовал акт обследования, подтверждающий то, что объект действительно перестал существовать.