Политолог, доцент РАНХиГС Екатерина Шульман, заинтересовавшаяся политическим кризисом в Венесуэле в связи с тем, что, по ее оценке, латиноамериканские страны в целом очень похожи по своему устройству на Россию, обозначила также и одно существенное отличие. В авторской радиопрограмме она прибегла к аргументам экономического свойства, подчеркнув, что политически Россия и Венесуэла фактически копируют друг друга.
В Венесуэле гораздо более настоящий социализм. У нас власти в сфере банковской, в сфере финансовой, в сфере макроэкономической являются устойчиво — не хочется говорить устойчиво правыми, — но, сейчас не углубляясь в экономические материи, скажем, что наша политика в этих областях является базово разумной.
Между тем, то, как российскому правительству удается при слабо контролируемом росте цен более-менее удачно управлять уровнем инфляции, для специалиста остается своего рода загадкой.
"Росстат старается, как может", - иронизирует политолог.
Интерес к Венесуэле обусловлен возникшим двоевластием: спикер Национальной ассамблеи (государственного парламента) Хуан Гуайдо провозгласил себя президентом на основании того, что президент действующий, Николас Мадуро, по его мнению, узурпировал власть. Мировая общественность реагирует на остросюжетные события полярно: Россия поддерживает Мадуро, в то время как целый ряд западных стран заявило о своем признании Гуайдо законным президентом.