Лицо этого человека сейчас уже знакомо многим горожанам. После событий 15 апреля 2007 года в средствах массовой информации были опубликованы снимки, на которых несколько омоновцев избивают пожилого человека в очках и в темно-синей куртке. Камеры фотокорреспондентов зафиксировали даже точное время избиения с 13.56 до 14.00. Фотографии были оперативно размещены в интернете, а затем опубликованы в газетах и журналах. Сейчас эти кадры можно увидеть и на стикерах оппозиционных движений, призывающих не оставлять без внимания такое проявление насилия и беззакония. Единственное, что пока оставалось неизвестным, имя этого пожилого человека. Сейчас его уже можно назвать Эдуард Павлович Тягинов, 67 лет, петербуржец, по профессии инженер-проектировщик. Нам удалось встретиться и побеседовать с ним.
Эдуард Павлович, как же вы "дошли до жизни такой"? Как вы оказались на Марше несогласных?
Просто я всю жизнь не люблю несправедливости, особенно от власти. Человек я мирный и терпеливый, но и моему терпению пришел конец. Я вижу, как разрушается мой родной город, как у народа отбирают последние гражданские права.
Что вы имеете в виду?
Меня больше всего возмутила отмена губернаторских выборов и явно незаконный характер последних выборов в Законодательное собрание Петербурга, когда с выборов сняли "Яблоко".
Вы симпатизируете "Яблоку"?
Да я симпатизирую любой партии и движению, которое активно противостоит произволу властей. Если хотите знать, то более всего мне нравится НБП.
НБП? Но ведь НБП движение скорее молодежное, да еще, как говорится, с "красно-коричневым душком", а власти их зачислили в экстремисты. Вас это не пугает?
Честно говоря, их идеология меня мало интересует. Я вижу, что эти ребята бесстрашно сражаются с властью рискуют, получают тюремные сроки, подвергаются избиениям и брани но все равно продолжают бороться. У меня это вызывает только уважение, и я их всячески поддерживаю хожу на их митинги, подписываю письма в защиту осужденных. Честно говоря, среди них я не заметил никаких "экстремистов" просто интеллигентные питерские ребята, студенты, которые, как и я, не желают терпеть произвол властей. И я думаю, что все оппозиционные движения должны объединиться и действовать сообща и НБП, и "Яблоко", и все остальные.
На Маршах несогласных именно это и произошло?
Да, я был очень рад, что оппозиция, наконец, решила выйти "единым фронтом". 3 марта я, конечно, тоже присоединился к митингующим, но, подчеркиваю, как независимый участник. Тогда же я впервые и "попробовал" милицейской дубинки.
Что же тогда произошло?
Да ничего особенного. Я вместе с другими участниками сдерживал милицейский штурм у бывшей городской Думы не давал схватить Сергея Гуляева. За это получил два раза палкой по рукам, но не очень сильно так, "по-дружески". Руки болели две недели, но я на милиционеров не в обиде все же они пожалели старика и со всей силы не били.
Но 15 апреля вы вновь отправились на Марш несогласных. Не боялись, что история может повториться?
Да ничего я не боялся. Догадывался, конечно, что будут снова бить, но никак не ожидал того, что произошло.
События того дня уже всем хорошо известны. Сначала митингующих загнали в оцепление, а после митинга стали избивать всех подряд. Что произошло именно с вами?
Я, как и все, стоял внутри оцепления, слушал выступающих. Потом, когда объявили, что митинг окончен, отправился по Загородному проспекту. Я хотел дойти до станции метро "Технологический институт" и уехать. Но уже у Витебского вокзала увидел цепь омоновцев со щитами и дубинками, которые неожиданно бросились на нас. Они погнали нас назад к метро "Пушкинская", которое, как я потом узнал, было специально закрыто. Людей, в основном совсем молодых ребят, стали зверски избивать бросали прямо на асфальт и били палками. Я не мог спокойно на это смотреть подбежал и стал хватать омоновцев за руки. Я специально снял кепку думал, что мои седины их как-то образумят. Но, увы, они были в таком исступлении, что уже не замечали, кто попадал им под руку старики, женщины или подростки. Я тоже потерял самообладание, стал им кричать: "Сволочи фашистские, псы продажные, что же вы делаете?!" Три или четыре омоновца повалили меня на асфальт и потащили к автобусу. Я слышал, как кто-то закричал: "Зачем старика схватили?!" Я все равно сопротивлялся, кричал фотографам: "Ребята, снимайте все!" Уже в автобусе я немного отдышался, но через окно я еще более часа наблюдал избиение людей. Многих затолкали вместе со мной было несколько случайных прохожих, которые к митингу никакого отношения не имели. Затолкали к нам и немецкого журналиста, которого избили, несмотря ни на его аккредитацию, ни на явную "иностранность".
Потом повезли в отделение милиции на Лиговском проспекте там нас допросили, составили какие-то акты, пытались снять отпечатки пальцев. Я сразу заявил, что ничего подписывать не буду. Но, к счастью, здесь милиционеры оказались человечнее у нас не отобрали мобильники и разрешили позвонить родственникам и друзьям. Мне, как пожилому человеку, даже разрешили подойти к окну и подышать воздухом. Потом приехал прокурор, и я понял, что нас повезут в суд.
Что же произошло в суде?
В суд нас привезли уже поздно вечером около 23 часов. Когда я оказался в судебном зале, я сразу заявил, что требую вызова адвоката и депутата ЗакСа от моего округа. Судья решила, что разбирательство моего дела стоит перенести по месту моего жительства. Я расписался в соответствующей бумаге и был отпущен домой.
И что же происходит сейчас?
Сейчас я жду повестку в суд. Но я очень хочу подать иск на всех тех людей, которые нанесли мне и моим близким моральный и материальный ущерб, на тех, кто избивал беззащитных людей, и на тех, кто отдал такой приказ. Я готов написать соответствующие заявления в прокуратуру, губернатору, президенту, в любые российские и европейские правозащитные комитеты.
Единственное, мне бы хотелось, чтобы такие иски подали все, пострадавшие 15 апреля. Ведь их было немало несколько сотен человек. Такой "исковый пакет" уже не так легко игнорировать, как заявление одного-двух человек. Надеюсь, что какие-нибудь партии или правозащитные организации помогут всем пострадавшим объединиться и правильно составить все необходимые документы.
Я не люблю, когда власть меня держит за быдло и гонит палками, как скот. Я буду бороться за свои права и непременно пойду и на следующий марш, чем бы он ни закончился.
Беседовала Анна Данилевская