Оппозиция не рассчитывает на оправдание
"Стремление устранить суд присяжных от рассмотрения уголовных дел, в которых существует повышенная опасность произвола и особая заинтересованность государства в осуждении обвиняемых, не может быть поддержано Общественной палатой", – говорится в заключении Общественной палаты на законопроект "О внесении изменений в отдельные законодательные акты по вопросам противодействия терроризму", который был незадолго до этого одобрен Государственной Думой, а сразу же после – Советом Федерации. Члены Общественной палаты указывали, что законопроект "мотивирован интересами силовых ведомств, стремящихся избавить себя от необходимости расследовать уголовные дела без нарушений закона и доказывать виновность обвиняемых в реальном состязании со стороной защиты перед судом с участием представителей народа, способным выносить не только обвинительные, но и оправдательные вердикты".
Напомним, что соответствующий законопроект был внесен в Думу группой депутатов во главе с председателем Комитета Госдумы по безопасности Владимиром Васильевым. Согласно законопроекту изменения вносятся в некоторые статьи УК и УПК РФ. И как главный итог – из юрисдикции судов присяжных выводятся дела по ст. 205 ("Террористический акт"), ст. 206 ("Захват заложника"), ст. 208 ("Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем"), ст. 212 ("Массовые беспорядки"), ст. 275 ("Государственная измена"), ст. 276 ("Шпионаж"), ст. 278 ("Насильственный захват власти или насильственное удержание власти"), ст. 279 ("Вооруженный мятеж"), ст. 281 ("Диверсия") УК РФ.
Данные изменения в уголовном законодательстве уже вызвали отрицательную реакцию многих депутатов парламента, правозащитников и т. д. Корреспондент ЗАКС.Ру попросил петербургских представителей непарламентской оппозиции высказать свое мнение по поводу данных изменений в законодательстве.
Ольга Курносова, лидер санкт-петербургского отделения Объединенного гражданского фронта говорит: "Совершенно очевидно, что правительство не справляется с экономическим кризисом и опасается массовых акций протеста. Этими поправками в уголовное законодательство власти готовятся к незаконным задержаниям и заведению уголовных дел против оппозиции. В такой ситуации суд присяжных мог бы определить, что было на самом деле и чего на самом деле не было – соответствует ли совершенное деяние диспозиции статьи уголовного кодекса или же дело специально подогнано под "нужную" статью. Именно поэтому такие дела и изымаются из юрисдикции судов присяжных… Ситуация развивается, и власти не уверены, что справятся с нарастающими последствиями кризиса".
"Шагом в 37-ой год" и "подготовкой к обузданию стихии при помощи репрессий" назвал поправки в уголовное законодательство лидер национально-освободительного движения "НАРОД", один из организаторов первых Маршей несогласных в Санкт-Петербурге Сергей Гуляев. По его словам, "теперь любой человек, который скажет "долой власть преступного режима!" или поучаствует в несанкционированном пикете – то есть в "массовых беспорядках" - рискует попасть именно под эту статью". Сергей Гуляев согласен с Ольгой Курносовой, что сферу деятельности присяжных судов не случайно ограничили именно сегодня. "Народный протест зреет, мы это видим уже сейчас по реакции на "косолапые" путинские реформы с налоговыми платежами по пошлинам на автомобили", - сказал он.
– Буквально через несколько дней, после Нового года, когда вырастут тарифы на транспорт, повысятся коммунальные платежи, ожидается повторение реакции общества на "реформы" 2005 года – монетизацию льгот. А к весне, так как Россия на 80 процентов зависит от ввозимого продовольствия, может случиться и продовольственный коллапс, и людей будет не удержать от стихийных протестов и голодных бунтов, - отметил Сергей Гуляев.
По мнению лидера движения "НАРОД", эти поправки были приняты, "чтобы в нужный момент посадить 50, 100, 200, 300 человек по статье "массовые беспорядки", чтобы напомнить: "мы, ребята, от 37-го года не далеко ушли и всех вас, "агентов мирового империализма", можем быстренько зачистить по соответствующим статьям".
– В России сегодня большая редкость, когда профессиональный судья выносит оправдательный приговор. На это даже никто никогда практически не рассчитывает, - заявил корреспонденту ЗАКС.Ру политический адвокат, неоднократно защищавший в судах национал-большевиков, Глеб Лаврентьев.
– Данные поправки – это очередное уничтожение системы правосудия в стране. У нас по уголовным делам правосудие возможно только в судах присяжных, где действительно есть состязательность сторон… Сфера юрисдикции судов присяжных и так была узка, и понятно, что еще большее ее сужение производится только в угоду государственному аппарату. Судя по статьям, изъятым из юрисдикции присяжных, власть пытается в связи с кризисом ужесточить репрессивную машину по выступлениям против власти, по всем преступлениям, имеющим политические мотивы, - отметил Глеб Лаврентьев.
Стоит, однако, отметить, что напрямую прогнозируемого массового "народного гнева" касается только одна статья – ст. 212 "Массовые беспорядки". Правда, еще и до последних поправок данная статья подпадала под юрисдикцию судов присяжных только в одной своей части – организации массовых беспорядков (ч. 1 ст. 212). Возможно, именно в связи с этим обвинение по всем наиболее громким делам, к примеру захват приемной администрации президента нацболами, в итоге ограничивалось только инкриминированием участия в массовых беспорядках. Теперь же у обвинения в таких случаях руки будут развязаны полностью (а наказание по ч. 1 ст. 212 – до 10 лет лишения свободы).
Официальная же версия необходимости этих поправок заключается в том, что присяжные нередко выносят оправдательные приговоры "в отношении лиц, обвиняющихся в совершении тяжких преступлений". А те продолжают создавать "атмосферу страха и ужаса в душах людей", угрожая их жизни и приводя свои угрозы в исполнение. По мнению инициатора законопроекта депутата Владимира Васильева, понятно, почему присяжные бывают снисходительны к террористам - заседатели живут в том же регионе, они, как и их родственники, хорошо известны террористам и их окружению, на присяжных может оказываться давление.
Однако, как отмечали в своих комментариях даже представители проправительственных партий, на 12 судей в принципе сложнее оказать давление, чем на трех. По словам Владимира Груздева ("Единая Россия"), по составам преступлений, которые теперь предлагается не рассматривать с участием присяжных, процент оправдательных приговоров по стране у профессиональных судов в прошлом году был такой же, что и у присяжных, – "чуть больше одного процента".
По мнению зампреда Комитета по безопасности, члена фракции "Справедливая Россия" Геннадия Гудкова, дело не в ошибках присяжных, не в том, что их запугивают, а в "тех доказательствах, в тех непрофессиональных действиях следствия, дознания, которым нечего зачастую предъявить присяжным заседателям".
В связи с этим напомним, что в Санкт-Петербурге в суде присяжных развалилось несколько громких дел, в том числе дело о подготовке покушения на губернатора города, что вызвало достаточно бурную реакцию Валентины Матвиенко.
– Мне кажется, что такие уголовные дела, как убийство, тяжелые преступления и преступления, опасные для общества, должны рассматривать профессиональные суды, а не суды присяжных. Зачастую людям, не имеющим опыта, сложно разобраться во всех тонкостях рассматриваемых дел, и это может стать лазейкой для ухода от реального наказания, – так прокомментировала принятие последних поправок губернатор Санкт-Петербурга.
Отметим, что если поступить так, как предлагает Валентина Ивановна, и вывести из юрисдикции судов присяжных "убийство, тяжелые преступления и преступления, опасные для общества", то данный правовой институт вообще перестанет существовать.
Таким образом, на вопрос о том, зачем понадобилось ограничивать юрисдикцию судов присяжных, можно ответить двумя версиями. Первая ("оппозиционная") - в преддверии массовых протестов, связанных с экономическим кризисом, развязать руки карательным службам. Однако, как уже указывалось, напрямую эта версия касается только статьи об "организации массовых беспорядков". Хотя, конечно, кто знает, как будут квалифицировать соответствующие деяния работники ФСБ или прокуратуры? Особенно если вспомнить то же самое дело с захватом приемной администрации Президента, когда нацболам изначально вменялась в вину попытка насильственного захвата власти.
Вторая версия - исключить возможность развала громких дел по причине того, что называется "непрофессионализмом следствия". Проще говоря, чтобы не ставить обвинение в неловкое положение в случае оправдательного решения суда, как это случилось, к примеру, с уже упомянутым делом о подготовке покушения на Валентину Матвиенко. Согласно статистике, присяжные выносят оправдательные приговоры в 9 процентах случаев, а профессиональные судьи - всего в 1 проценте. Но и в этой версии есть определенный изъян, так как самые громкие развалившиеся дела касались преступлений на национальной почве (таджикская девочка, убийство студента из Конго), но именно эти преступления пока остаются подведомственными судам присяжных. Да и "подготовку к покушению на Матвиенко" обвинение квалифицировало по статье 30 (Приготовление к преступлению и покушение на преступление), статье 277 (Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля) и статье 222 (Незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение оружие, боеприпасов и взрывчатых веществ) Уголовного кодекса РФ – то есть по статьям, не фигурирующим в последних поправках. Впрочем, как уже говорилось, квалификация преступления – это по большому счету вещь на усмотрение следователя.
В связи с этим можно выдвинуть и третью версию. В свое время после оправдательного вердикта по делу таджикской девочки в Госдуму поступило предложение исключить преступления, совершенные на национальной почве, из списка дел, подлежащих рассмотрению коллегии присяжных. По этому поводу руководитель Центра новой социологии изучения практической политики "Феникс" Александр Тарасов заявил в одном из интервью:
– Это очень тревожный симптом, но совершенно понятный, вписывающийся в общую тенденцию завинчивания гаек, которую мы наблюдаем весь период нахождения у власти президента Путина, – и очень беспокоящий. Потому что дальше можно в угоду политической конъюнктуре расширить предложение: а давайте еще вот такие дела заберём из ведения суда присяжных, такие, такие... и в первую очередь это будут дела, которые как-то политически окрашены, – это же совершенно очевидно.
Возможно, что и в случае с последними поправками мы имеем дело с похожим долгосрочным замыслом.
Суд у нас народный?
"Суд у нас, между прочим, народный", - говорил Глеб Жеглов в споре с Шараповым. И, стоит признаться, формально он был прав, ведь в советское время как по "сталинской", так и "брежневской" Конституциям СССР районные судьи избирались прямым всеобщим голосованием сроком на пять лет, а судьи более высокого уровня – соответствующими Советами. Были, напомним, также и выборные народные заседатели. Другой вопрос, как весь этот механизм реализовывался на практике, но сегодня в России судьи просто назначаются президентом и, согласно Конституции РФ, несменяемы. Институт присяжных коллегий и был учрежден в первую очередь для того, чтобы хоть как-то компенсировать этот перегиб и соответствовать мировым стандартам.
Впервые же в России суд присяжных появился в результате судебной реформы 1864 года. В 1878 году, как известно, присяжные оправдали Веру Засулич, которая, кстати, в отличие от фигурантов "дела о подготовке покушения на Матвиенко", не просто готовила покушение на петербургского градоначальника, генерала Федора Трепова, но стреляла и даже ранила его.
В Советской России суд присяжных прекратил существование в 1922 году, и формально-юридическое оправдание этому было найдено. Однако то, что деятельность судебной системы в СССР была детально прописана в Конституции, не спасло страну от "особых троек НКВД" 37-38-х годов, занимавшихся "репрессированием бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов". В состав "особых троек" входили местный глава НКВД, секретарь обкома и прокурор.
Кстати, в феврале 2008 года тогда еще президент Путин своим указом установил в России новый праздник – День юриста, который теперь отмечается 3 декабря – в годовщину начала судебной реформы 1864 года, установившей в стране суд присяжных. Да и новый президент Дмитрий Медведев не устает на словах бороться с "правовым нигилизмом" и ратовать за "гуманизацию" системы наказания в РФ. Каким же образом данные декларации вяжутся с неоднозначными законопроектами, сказать весьма трудно…
Евгений Уткин