Активистов свободных профсоюзов в России испытывают на прочность – кулаком в зубы. Это, что называется, для острастки. Их предупреждают: если не прекратите "высовываться" - убьем. Те, кто активно борется за свои права, опасны для сегодняшней России.
В воскресенье, 8 февраля, в середине дня, около 14.30, Евгений Иванов, слесарь механосборочных работ и лидер независимого профсоюза петербургского автозавода "Дженерал моторс", запер дверь своей квартиры в стандартном многоквартирном доме в петербургском пригороде Колпино. Как только он оказался на пороге дома, выходя на улицу, из-за угла входной двери на него обрушились оглушительные удары в лицо. Евгений упал, услышав, как один из двоих нападавших процедил: "Привет от профсоюза". Все было сделано неожиданно, молниеносно и жестоко.
Поднявшись, Евгений вернулся в квартиру, вызвал скорую помощь. Медики зафиксировали сотрясение мозга и перелом носа. Вечером того же дня Иванов обратился в милицию – 80-й отдел УВД Колпинского района Санкт-Петербурга. Уголовное дело возбудили не сразу. Поначалу высказывались предположения из разряда "что это, мол, он сам". - В смысле сам себя избил? - Надо полагать, что так.
В тот же самый отдел милиции Евгений обращался не впервые. Первый раз не по поводу избиения, тогда на него еще никто не нападал, а по поводу поступавших по телефону угроз. Тогда правоохранители рассудили, что ничего страшного нет. В словах угрожавших, мол, нет прямого указания на опасность для жизни. А значит, нет оснований для возбуждения уголовного дела. Так что после отведенного по закону срока на проверку Евгению Иванову выдали официальный документ об отказе в возбуждении уголовного дела. "Отказное" постановление датировано 4 февраля 2009 года. А 8 февраля случилось то, что случилось.
Впрочем, у этого случая есть своя история, насчитывающая два месяца. В середине декабря на коллективном собрании на питерском заводе GM рабочие решили создать у себя первичную ячейку Межрегионального профсоюза работников автомобильной промышленности (МПРА). Того самого, который родился в 2005-м на другом питерском автосборочном предприятии – "Форд". И который быстро прославился своей бескомпромиссной борьбой за права рабочих. Чего стоят прокатившиеся на питерском "Форде" в 2005-м, 2006-м и 2007-м волны забастовочного движения. Понятно, что в кругах, чрезмерно лояльных к администрации, такие ассоциации никакого энтузиазма вызвать не могут. Так что еще примерно за неделю до того знакового декабрьского собрания на GM Евгения Иванова стали предупреждать по телефону, чтобы он свою деятельность прекратил.
Он не прекратил. И угрозы продолжились. Звонили в конце декабря, в начале и в середине января. В последний раз сказали так: "Ну теперь ходи и оглядывайся, жене и детям передай то же самое, мы знаем в какой садик она водит ребенка". После этого случая Евгений и обратился в милицию. И, как уже было сказано, получил отказ.
Пришлось принять посильные меры самостоятельно. "Семью пришлось спрятать", - говорит Евгений. Но самому не спрятаться. Впрочем, Евгений относится к происшедшему в определенном смысле философски. "Мы это уже проходили, - говорит он. – Сколько уже наших активистов избивали и запугивали в разных городах. Но мы все равно работаем". Насчет того, что он такой не первый, Евгений прав. Одним из первых был лидер "фордовского" профсоюза Алексей Этманов.
На Этманова нападали дважды. Первый раз в ночь с 7 на 8 ноября 2008 года. Это было во Всеволожске, где Алексей живет со своей семьей. Алексей поздно возвращался домой после работы в вечернюю смену. На него напали трое, стали избивать ногами, но Алексей успел выстрелить из травматического пистолета, нападавшие разбежались. В милиции города Всеволожска, куда Этманов обратился с заявлением о происшествии, предположили, что нападение могло быть связано с попыткой ограбления. Но с этой версией не стыкуется одна существенная деталь. На следующий день после нападения, вечером 8 ноября, заместителя Этманова, профсоюзного активиста Владимира Лесика предупредили по телефону, что нападение - это предупреждение, и,"если будете дальше продолжать свою деятельность, всех вас убьем".
Через неделю на Этманова напали еще раз - в ночь с 13 на 14 ноября. В этот раз Алексея провожали до дому товарищи по работе – в создавшихся условиях это вынужденная мера безопасности. Когда Алексей зашел в подъезд своего дома, он увидел, что на его лестничной площадке, как и на соседних, нет света. В темноте у мусоропровода он заметил фигуру мужчины, который ринулся на него с металлической трубой в руках. Алексей снова успел выстрелить из травматического пистолета, и неизвестный выскочил на улицу. Там он угодил прямо в руки коллегам Этманова, которые передали его вызванной на место происшествия милиции. Впрочем, милиция задержанного вскоре выпустила, не обнаружив улик, которые бы подтверждали его виновность. Обрезок металлической трубы действительно валялся на лестнице, но отпечатков пальцев задержанного на нем не было.
Непокорный "фордовский" профсоюз, родившийся в 2005-м, вскоре шагнул за проходную родного завода. В 2006-м появился Межрегиональный профсоюз работников автомобильной промышленности (МПРА), сопредседателем которого стал Алексей Этманов. Сегодня в МПРА входит не только коллектив питерского "Форда" и питерского "Дженерал моторс", но и профсоюз "Единство" - АвтоВАЗ из Тольятти, профорганизация совместного предприятия "GM-АвтоВАЗ", профсоюзы московского завода "Автофрамос-Рено" и калужского "Фольксваген", Таганрогского автозавода ТагАЗ (где собирают корейские и китайские автомобили), завода "Центросвармаш" из Твери, предприятия "Фестальпина" в городе Ярцево Смоленской области, завода автопокрышек "Нокиан Тайерс" из того же Всеволожска под Петербургом. Сегодня в МПРА состоит около 4 тысяч человек. И это – реальная сила, с которой поневоле приходится считаться.
Кому-то вся эта профсоюзная активность очень не нравится. Настолько, что активистам МПРА постоянно угрожают. И кого-то из них уже не раз жестоко избивали: двоих в Тольятти, троих в Таганроге. Еще на двоих, как уже было сказано, нападали в Петербурге. Характерно, что ни в одном случае виновники преступлений не найдены.
Угрозы, запугивания, грубое давление в последнее время испытывают не только активисты нового автомобильного профсоюза. Не так давно угрожали заместителю председателя свободного профсоюза докеров города Туапсе Дмитрию Абрамову. А с Валентином Урусовым, лидером независимого профсоюза крупнейшего алмазного рудника в Якутии "Айхало" Удачнинского горно-обогатительного комбината, расправились иначе. По его словам, его задержала милиция, ему подбросили наркотики и в конце декабря прошлого года по приговору суда дали шесть лет колонии.
Ключевым здесь остается вопрос: кому выгодна вся эта травля, кто за этим стоит? Ведь угрозы, запугивания, избиения - эти формы "общения" вряд ли близки руководству транснациональных компаний, таких как "Форд" и "Дженерал моторс". Скорее наоборот. Иностранный топ-менеджмент в целом вполне естественно воспринимает необходимость учитывать мнение рабочих, так или иначе пытаясь наладить диалог с профсоюзами. Вероятно, именно по этой причине небывалый взлет профсоюзной активности и произошел в первую очередь на обосновавшихся в России иностранных предприятиях. К примеру, в Петербурге это не только "Форд" и "Дженерал моторс", но еще "Кока-Кола", и пивоварня "Хейнекен" - в 2007-м там также проходили "итальянские" забастовки. Уроки борьбы за свои права лучше всего усваивают российские рабочие транснациональных компаний, перенимая опыт зарубежных коллег.
Иностранные работодатели вряд ли были заказчиками нападений на профсоюзных активистов со своих предприятий. Другое дело – россияне - менеджмент среднего звена и примкнувшая к ним часть рабочих. Кулаком в зубы – этот стиль хорошо знаком соотечественникам, по крайней мере, со времен "лихих девяностых". Так что, скорее всего, за зловещими событиями вокруг непокорных независимых профлидеров маячат фигуры других профсоюзных боссов, боссов старой закалки, для которых новые активисты, независимые не по названию, а по существу, - смертельные конкуренты.
Не случайно на многих заводах, где появились свободные профсоюзы, тут же стали раздаваться призывы к рабочим пойти в другие объединения, в пику независимым. Скажем, как на "Форде", где недавно создан другой профсоюз. Та же картина на "Дженерал моторс", где также создается новая профячейка.
И в том и в другом случае в качестве альтернативы свободным профсоюзам рабочим предлагается хорошо известное российское профобъединение "Соцпроф".
Соцпроф – одна из крупнейших в России профсоюзных структур, создавалась во времена крушения СССР, в 1989 году. По официальным данным, сегодня численность Соцпрофа – 500 тысяч человек. Хотя это, конечно, ничто по сравнению с самым крупным российским профобъединением – Федерацией независимых профсоюзов России (ФНПР), насчитывающей в своих рядах, опять же по официальным данным, около 28 миллионов человек.
ФНПР воспринимается как наследник советских профсоюзов, существовавших под "чутким руководством" правительства и коммунистической партии Советского Союза. Однако и альтернативный Соцпроф в последнее время демонстрирует близость к власти: в этом году профсоюзное объединение провело уже два митинга совместно с "Единой Россией" (включая акцию в поддержку российского автопрома). А в сентябре СМИ писали, что Соцпроф пользуется поддержкой Администрации президента РФ, которая намерена сделать организацию основным движением вместо ФНПР.
Люди, знакомые с профсоюзной кухней, прекрасно знают, что прокремлевские профсоюзы работают рука об руку с администрацией президента и партией "Единая Россия", лидером которой, как известно, является Владимир Путин.
Функции их почти те же, что были в советские годы: сориентировать, организовать, направить рабочее движение так, чтобы оно не представляло никакой угрозы в первую очередь существующему политическому режиму и лояльному к Кремлю бизнесу. В августе руководители профсоюза работников локомотивных бригад, например, выказывали недовольство работой Соцпрофа именно из-за того, что объединение, "кроме отправки писем Путину и Медведеву с просьбой о встрече по проблемам Российского профсоюза локомотивных бригад железнодорожников, ничего для профсоюза не сделало".
Свободные профсоюзы в расклад не вписываются, выламываются из строгой структуры "вертикали профсоюзной власти". Правда, среди их сегодняшних лозунгов нет политических требований. Или пока нет?
"Мы учим людей демократии, - говорит Алексей Этманов. – Учим их тому, что надо знать свои права, надо уметь за эти права бороться".
Ну а кому в сегодняшней России такая позиция может понравиться? Сегодня в России возможны только такие уроки демократии, которые преподаны учителями из Кремля. Вся прочая "ересь" неуместна и может оказаться вредна для здоровья. Даже опасна для жизни.
Николай Донсков