Скончался известный экономист и политик Егор Гайдар, исполнявший в свое время обязанности премьера РФ и считающийся одним из идеологов рыночных реформ в России. Знаменитый политик умер на 54-м году жизни в своем подмосковном коттедже.
16 декабря в 8 утра медики констатировали смерть политика в его доме в деревне Дунино Одинцовского района Подмосковья. По предварительному заключению врачей Егор Тимурович скончался из-за оторвавшегося тромба. Об этом сообщили федеральные информагентства.
Корреспондент ЗАКС.Ру решил опросить петербургских политиков, чтобы узнать их отношение к усопшему. Депутат петербургского Законодательного собрания фракции "Единая Россия" Виталий Милонов, до своей депутатской карьеры работавший помощником погибшего парламентария Госдумы Галины Старовойтовой, выразил "глубочайшее сожаление" в связи со смертью Гайдара.
"Егор Тимурович Гайдар — это человек, который фактически возглавлял правительство России в самый трудный и жуткий период новейшей истории. Тогда он согласился возглавить кабинет министров — он прекрасно понимал, что ответственность, которую он на себя берет, вряд ли сможет принести ему слова благодарности". Тем не менее Виталий Милонов признает, что в экономической концепции Гайдара были и свои недостатки: "Я очень уважаю Гайдара, но нельзя не признать, что вводить даже самые успешные экономические модели в России без всякой адаптации — это не совсем правильно", — отмечает парламентарий. "Все-таки это был очень умный человек", — заключил Виталий Милонов.
А вот бывший депутат петербургского ЗакСа Сергей Гуляев выражает соболезнования дочери Егора Гайдара Марии. "К самому Егору Тимуровичу у меня смешанные чувства. Искренне сожалею его дочери, я знаком с ней лично, и этот человек мне близок".
Депутат третьего созыва городского парламента Сергей Андреев, напротив, считает, что "преждевременная смерть Гайдара — это историческая справедливость". "У нас принято говорить о мертвых или хорошо, или ничего — больше про него сказать мне нечего. Я думаю, что этот персонаж сыграл крайне негативную роль в российской истории", — заявил экс-депутат.
Соратник Гайдара и президент Фонда поддержки законодательных инициатив Григорий Томчин уверен, что "сегодня скончался один из самых лучших людей России за последние 15 лет". "Его опыт, трудолюбие и личные качества помогли тогда спасти страну. Гайдар — это патриот, ученый и отличный управленец. Его мнением постоянно интересовалась власть, за границей мнение Гайдара тоже очень ценилось", — говорит Томчин. "Это очень тяжелая утрата для всех нас. Человек очень скромный, не выпячивающий все свои заслуги на обозрение — он был очень хорошим человеком. Я скажу коротко: сегодня умер настоящий русский интеллигент", — сказал Григорий Томчин.
Правозащитник и бывший депутат Законодательного собрания Петербурга Наталия Евдокимова считает, что есть люди, после ухода которых что-то меняется в обществе: "Я почувствовала боль утраты, когда узнала о смерти Егора Тимуровича. Он сделал очень много для нашей страны". Евдокимова с сожалением говорит, что "53 года — это не время для ухода из жизни. Он мог еще много чего сказать, сделать".
Справка:
Егор Тимурович Гайдар родился 19 марта 1956 года в Москве. Один из идеологов и руководителей радикальных экономических реформ начала 1990-х в России. В 1991-1994 годах занимал высокие посты в правительстве России (в том числе был и. о. председателя правительства). Депутат Госдумы первого (1993-1995) и третьего (1999-2003) созывов. После ухода из публичной политики занимал должность директора Института экономики переходного периода (ИЭПП), являлся член наблюдательного совета АПЭ. Писал книги и выступал в качестве эксперта в СМИ. 16 декабря 2009 года скончался в Подмосковье, в деревне Дунино.
У Егора Гайдара остались жена, трое сыновей и дочь.
Журналист Виктория Работнова вспоминает, что Гайдар, с одной стороны, выглядел мягким, спокойным и уравновешенным человеком, с другой — принимал, наверное, самые непопулярные решения за всю историю страны последних десятилетий. И, конечно, для того, чтобы их принимать, нужна была железная твердость характера.
"Он был, что совершенно невозможно представить сегодня, доступен для журналистов, будучи даже и. о. премьера. Тогда я работала в "Невском времени", — вспоминает Работнова, — и мы могли позвонить ему в приемную, прося очередной комментарий, и услышать от секретаря: "Егор Тимурович сейчас занят, но просил перезвонить через десять минут". И через десять минут мы получали его мнение. Сегодня нас не то что не соединят —примут за ненормальных, если мы позвоним в приемную премьера и попросим его ответить на какой-то вопрос. Но тогда все было по-другому".
"Мне не раз приходилось брать у него интервью и по телефону, и лично — и всегда он старался все расставить по местам, все объяснить и разъяснить, добиваясь, чтобы его поняли. Последняя беседа была, кажется, летом 1997-го, когда Гайдар приезжал в Петербург. — продолжает Виктория Работнова. — Незадолго до этого его друзья Анатолий Чубайс и Борис Немцов стали первыми вице-премьерами, и Гайдар считал исполнительную власть "вполне разумной". Он мечтал о том, чтобы у нас "стабилизировалась демократия", чтобы "чиновники не воровали", — и отмечал, что если все это осуществится, то вопрос о месте, которое занимал бы в российской власти он сам, совершенно второстепенный. И вернуться во власть он не стремился — говорил, что, конечно, в нашей стране возможно все, но "я бы этого не хотел". И добавлял: "Мне хочется, чтобы делалось то, что я считаю разумным, — правительство это делает. Я им с удовольствием помогаю, готовлю документы. Меня такая роль устраивает. Я бы предпочел оставаться в тени — если бы это было возможно..."
"Еще тогда он говорил непопулярные вещи: что "если мы не хотим иметь абсолютно коррумпированный аппарат, то повышение зарплаты — вещь абсолютно необходимая" (правда, призывал отказываться от административной роскоши, которая появилась в последние годы). Поддерживал намерение Бориса Немцова пересадить чиновников на "Волги" и вспоминал, что в свое время, когда работал в правительстве, ездил на самой обычной "Волге" и всего коллеги ездили на "Волгах", и "ничего страшного в этом мы не видели, не комплексовали", — делится воспоминаниями журналист.
"А еще тогда он говорил, что его партия — ДВР — в отличие от многих оппонентов "никогда не будет выступать с заведомо популистскими предложениями ради сиюминутной конъюнктуры, борьбы за конкретный микрорайон". И уже тогда это вызывало не только уважение, но и серьезные вопросы: означает ли это, что до тех пор, пока большинство россиян не осознают правильность либеральных идей, такие идеи могут и должны претворяться в жизнь вопреки воле большинства? Гайдар резко выступал против союза с авторитарным режимом Лукашенко, но российский режим он авторитарным не считал", — рассказывает Работнова.
Напомним, Егор Гайдар как представитель либералов находился в оппозиции к партии "Яблоко" во главе с Григорием Явлинским. Стороны резко расходились, в частности, по вопросу оценки итогов приватизации. Несмотря на продолжавшиеся до недавнего время попытки объединить демократические силы, этого так и не произошло. Лишь однажды оба политика одобрили практику объединения письменно.
"Поскольку муж состоял в "Яблоке", а я — в ДВР и тогда уже активно обсуждалась идея объединения демократических сил, возникла идея: написать шуточное совместное постановление ДВР и "Яблока" о том, что дети, родившиеся от "смешанных политических браков", получают одновременно звание почетного члена ДВР и почетного члена "Яблока", — говорит Виктория Работнова. — И наш Максим получает оба эти звания и членский билет под номером 1. Бумагу напечатали, и кто-то — кажется, покойный депутат ЗакСа Виталий Сычев, возглавлявший питерский ДВР, — повез ее Егору Гайдару в Москву. И он подписал! А затем муж подписал ее у Григория Явлинского.
Оригинал постановления у нас кто-то незаметно приватизировал, но остались ксерокопии, которые мы бережно храним: это единственный документ, на котором поставили подпись два этих непримиримых оппонента".