В субботу, 23 апреля, в Петербурге состоялся VI Дискуссионный клуб партии «Правое дело». То ли на присутствующих повлиял проходящий в то же время в Москве митинг националистов "Хватит кормить Кавказ", то ли желание обрести голоса ультраправого электората, но некоторые докладчики здесь говорили не только о либерализме, но и о национализме, причём далеко не всегда с критических позиций. Отдельные пришедшие в кулуарах собрания почему-то неприкрыто агитировали вступать в "ПарНаС", а самым непопулярным оказалось выступление специально приехавшего из столицы фактического лидера партии Леонида Гозмана.
Место для дискуссий
Изначально целью собрания было определить стратегию и тактику уже начавшейся в стране избирательной кампании в Госдуму, о чём заявил председатель петербургского "Правого дела" Сергей Цыбуков. "Мне кажется, что власть сейчас готова поделиться своими полномочиями, – обнадёживал товарищей партиец. – И мы можем стать связующим звеном в новом частно-государственном партнёрстве между властью и малым бизнесом". Также Цыбуков назвал одну из главных проблем страны – кризис властной "вертикали", когда все финансовые потоки в регионах направлены в Москву, что, в свою очередь, ведёт к полному отсутствию инициативы "на места".
Но другие выступавшие не поддержали регионального лидера. Вышедший к кафедре импозантный христианский демократ Сергей Разливский, напротив, призвал к единению нации и борьбе с «поднимающим в России голову сепаратизмом». Впрочем, себя Разливский назвал «консерватором», хотя и выразил поддержку либеральному «Правому делу».
А вот вполне себе однопартиец Цыбукова и даже один из лидеров петербургского регионального отделения Григорий Томчин сообщил, что малый бизнес – это, конечно, хорошо, но необходимо идти на выборы с оригинальными лозунгами, которых не будет у других партий.
Настоящее позорно, будущее туманно
Градус напряжения повысился больше всего, когда слово взял лидер «Правого дела» Гозман. Начал он с популярного в последние месяцы тезиса о том, что народу уже не нравятся ни Путин, ни Медведев, и нужен третий кандидат на президентские выборы. Ровно то же с месяц назад говорил приезжавший в Петербург Рыжков.
Тем не менее, подготовленная Гозманом часть речи, описывающая обстановку в стране, прошла достаточно гладко. Он картинно возмутился визитом Путина к фанатам после декабрьских событий на Манежной площади, назвав его «позором». По мнению Гозмана, общение Путина с болельщиками – свидетельство слабости премьера, идущего на поводу у националистически настроенных элементов, ведь «тогда убили и людей с другим цветом кожи и разрезом глаз, но их Путин почему-то не вспомнил».
Будущее российского государства лидер "Правого дела" видит в весьма пессимистических красках – он считает, что на Кавказе уже в ближайшие годы может вспыхнуть новая большая война, а во всей России существует опасность "арабского сценария" (имеются в виду перевороты последних нескольких месяцев). При этом технологическое отставание страны от развитых государств только усугубляется: "Русские самолёты уже сейчас тяжелее многих других на 40%. Если сейчас ничего не изменится, их просто перестанут покупать".
На протяжении всего спича Гозман неоднократно говорил о том, что "мы попадём в Африку". В метафизическую, конечно, Африку – скатившись до уровня жизни беднейших африканских стран. И время это не за горами. "В обществе есть ощущение конца эпохи, такое было в 1980-х, как помнят многие из нас, – продолжал либерал. – Судя по мемуарам, примерно такое же чувство приходило ко многим и накануне 1917-го». Однако ничего хорошего он от грядущей революции не ждёт: «Я не верю в благодетельную катастрофу" – заявил гость дискуссионного клуба. И даже честно признался, что боится такого поворота событий. Особенно если учесть, что после революции в стране едва ли установится демократия.
Атака казачков?
На этом содержательная часть выступления Леонида Гозмана закончилась, и он попытался было перейти к обсуждению заявленных в самом начале вопросов. Но в зале внезапно послышался гул неодобрения. На первый взгляд выкрики раздавались с разных концов зала, и создавалось впечатление, что Гозманом недоволен весь зал. Однако при ближайшем рассмотрении выяснилось, что на самом деле возмущённо кричали только несколько человек.
Самым активным недовольным был мужчина средних лет, представившийся Сергеем Бражниковым. По его словам, он ещё 7 месяцев назад подал заявление о вступлении в партию «Правое дело», но оно до сих пор так и не рассмотрено Томчиным и Цыбуковым. Досталось в итоге и Гозману: «Если в нашей партии есть кризис, может, вы, как ответственный человек, уйдёте, освободив место более энергичным?» – ёрнически вопрошал активист. Первые робкие попытки Гозмана оправдаться не увенчались успехом, это стало окончательно ясно в ходе следующего диалога: – Я и не позиционирую себя как лидера партии. – Так уступите тогда место другим! – Ну, если я кого-то не устраиваю… – Вы однозначно нас не устраиваете! Вот вам и наша обратная связь.
После этого дискуссия накалилась ещё больше. Казалось, что со всех сторон на функционера посыпались обвинения: его попрекали и не самым удачным выступлением в программе Владимира Соловьёва, и по сей день не принятой федеральной программой партии, и неучастием "Правого дела" в грядущей первомайской демонстрации – в отличие от других демократических движений.
После упоминания других демократических движений ситуация стала несколько проясняться. "У меня хорошие личные отношения с Рыжковым и Немцовым, и я надеюсь, что мы не будем друг другу мешать", – поспешил успокоить аудиторию Гозман. Но было поздно – этот зал был для него потерян безвозвратно.
Аргентинский сценарий
Выступающий следом другой лидер партии, политолог Георгий Бовт, подчеркнул, что революционная ситуация в современной России крайне маловероятна по целому ряду причин. Во-первых, 20 – 30 тысяч наиболее пассионарных молодых людей, которые могли бы быть движущей силой революции, ежегодно покидают страну навсегда, перебираясь на ПМЖ в более развитые государства.
Во-вторых, относительно удовлетворён потребительский спрос, и практически каждый россиянин может позволить себе, по крайней мере, питаться, чем ему нравится. В-третьих, у многих жива надежда договориться с режимом – например, именно поэтому конкурс в престижные финансовые вузы страны составляет десятки человек на место.
Поэтому действующий режим "будет гнить и вянуть десятилетиями, как это было в Аргентине", – заключил Бовт. Ведь за исключением разногласий в «тандеме» существенных расколов в нынешней российской элите нет. Но для "Правого дела" оптимальным был бы вариант существования нескольких партий элиты вместо одной – в этом случае у неё были бы все шансы стать одной из них.
«Но хотя мы не должны отдавать многие темы левым, как это было раньше с борьбой за права врачей и учителей, необходимо подчёркивать, что мы – правая партия. А правая партия – это прежде всего партия порядка, которая способна решить национальный вопрос и которая поддерживает семейные ценности», – резюмировал функционер.
Вторя федеральному руководству, Григорий Томчин также предостерёг горячие головы от революционных настроений и неожиданно сконцентрировался на национальном вопросе. "С одной стороны, лозунг «Понаехали тут» не может быть лозунгом демократической партии, – заявил активист. – С другой, необходимо контролировать потоки миграции и заботиться о качестве приезжающих, постоянно повышая его при помощи системы квот".
Агония "недоношенного ребёнка Суркова"
В целом прошедший дискуссионный клуб оставил двоякое впечатление. Конечно, всегда интересно наблюдать живую полемику единомышленников. Но если полемика эта есть чуть ли не по каждому вопросу… получается, что "в товарищах согласья нет". Да и считали ли собравшиеся друг друга единомышленниками? Даже идеологически делегаты собрания относили себя к разным категориям: консерваторы, монархисты, либералы…
Но особенно тягостно было видеть даже не склоки делегатов, а то, с какой оглядкой на Старую площадь и Кремль они произносили каждое своё слово. Увы, здесь партия оказалась наследницей худших традиций старого СПС – погнавшись за двумя зайцами сразу, лидеры правых либералов России в очередной раз словно не замечают, что рискуют не поймать ни одного.
Угодить властям и при этом понравиться избирателям – задача почти неразрешимая, и не факт, что "недоношенное дитя Суркова", как самокритично называют "Правое дело" сами же его члены, с этим справится.
Дмитрий Витушкин