Публицист Дмитрий Быков поделился с изданием "Собеседник", как он видит, что на самом деле скрывается за новой пенсионной реформой.
Ведущиеся в кулуарах разговоры о том, что данная инициатива власти - предтеча грядущей общественной революции, которая наконец побудит россиян сопротивляться унижениям, коими потчуют их власть предержащие, - преувеличение, считает писатель.
"В России можно отменить пенсию вообще – и никто всерьез не возмутится, потому что провозглашенная Володиным цель – добиться среднего размера пенсии в 20 000 рублей – это признание сверхоткровенное. Всерьез эту пенсию не принимает никто, а пенсионный возраст – очередная фикция: людей стараются выпихивать с работы уже после 45. Но революция тем не менее налицо, и происходит она в сознании: кажется, исчезли последние надежды на государство, и только", - признаёт Быков.
Принятие реформы пройдет по классическому "кремлевскому" сценарию, уверен публицист.
"Сначала произойдут дозволенные, "в рамках закона", профсоюзные протесты. Акцию Навального, намеченную на 1 июля, разгонят с такой тихой, скрытной жесткостью. Могут проявить демонстративную мягкость – все равно народу будет негусто: лето, спортивный праздник, да и ходит на акции в основном молодежь, а пенсия ее пока волнует мало. Протесты, разрешенные и даже организованные властью, устроят ручные профсоюзы, и в результате их дружеских возражений пенсионный возраст отодвинут не на 5 лет, а на 4, и все увидят демократию в действии. Результатом всей этой комедии станет новая волна славословий чуткой власти", - констатирует Быков.
Дальнейший исход писатель видит в "прозрении" россиян, которое, возможно, как раз и станет шагом на пути к революции "на деле":
"А дальше будет только одно: все всерьез задумаются о том, что никаких гарантий никому, кроме ближнего круга, эта власть не дает. Это они своих не сдают, а мы ведь им не свои. И тогда начнется единственно возможная революция в самом привлекательном формате: построение такой частной жизни внутри общества, для которого 15 000 рублей пенсии – унизительная подачка, а не благодеяние".
