Экономические диагнозы и антикризисные рецепты от Альфреда Коха

Бывший зампред правительства РФ, экс-глава "Газпром-медиа", бизнесмен Альфред Кох посетил сегодня Европейский Университет. В рамках публичной лекции он раскритиковал финансовую политику Кремля, разоблачил "плавную девальвацию" и объяснил, почему слабый рубль – лучшее лекарство для российской экономики.

По словам Коха, именно ослабление рубля после дефолта 1998 года дало толчок развитию импортозамещающих отраслей. Вкупе с резким ростом цен на нефть и газ это обеспечило "тот самый экономический подъем", который наблюдался последние несколько лет. Однако неприятным дополнением к экономическому росту стала "раскрутка" инфляции, справиться с которой правительству не удавалось.

У инфляции, рассказал бизнесмен, были две основные причины – рост тарифов естественных монополий (Газпром, РАО ЕЭС и т.д.) и рост доходов граждан в бюджетной сфере, опережавший увеличение производительности труда: "В корпоративном секторе ни один начальник не будет повышать зарплату рабочим быстрее, чем растет производительность их труда, поэтому львиная доля роста доходов пришлась на государственный сектор – неоднократно повышались зарплаты военнослужащим, бюджетникам, росли пенсии. Кроме того, произошло абсолютное увеличение числа чиновников. Все это привело к тому, что инфляция начала раскручиваться".

Однако, по словам Альфреда Коха, вместо того, чтобы реформировать естественные монополии, развивая в этих отраслях конкуренцию, и сокращать госрасходы, правительство выбрало для борьбы с инфляцией "довольно странное оружие" – начало сдерживать объем денежной массы в экономике путем формирования зарубежных резервов и укреплять рубль. Последняя мера, подчеркнул бизнесмен, привела к "крайне негативным последствиям".

"Мы постоянно говорили и говорим о том, что нам необходимо развивать несырьевые отрасли, перерабатывающую промышленность, производить товары с высокой добавленной стоимостью, чтобы замещать импорт. Но вследствие укрепления рубля все импортозамещение умерло. Это была полная победа импортеров над внутренними производителями. В конечном счете, все эти меры привели к укреплению моноотраслевой структуры нашей экономики", – констатировал эксперт.

"Странная ситуация", по мнению Коха, сложилась и с зарубежными резервами: "Мы свои деньги, примерно 500 млрд. долларов, разместили за рубежом под 2,5% годовых, а потом занимали за рубежом эти же 500 млрд. долларов под 7-8%. То есть фактически нас кредитовали нашими же деньгами, зарабатывая на этом. Примерно 25 млрд. долларов ежегодно получали кредиторы за счет всей этой истории".

Добиться контроля за денежной массой в экономике страны правительство все равно не смогло, зато, подчеркнул эксперт, серьезно ухудшило качество этой массы, поскольку значительную ее часть стали составлять заемные средства. "Даже если бы правительство просто запретило брать кредиты на Западе, бизнесмены нашли бы тысячу и один способ обойти этот запрет. Поэтому все попытки контролировать денежную массу совершенно бессмысленны. Объем ее все равно растет, зато качество существенно ухудшается. Энергию, с которой власти пытались сдерживать денежную массу, можно было бы потратить на решение других задач", – подчеркнул Кох.

Победить инфляцию подобными мерами так и не удалось, и, как отметил эксперт, "даже в плановых показателях правительства ее уровень никогда не опускался ниже 12%, что не может быть принято как норма". Но за семь лет, которые прошли с момента формирования первых резервов и до начала кризиса, Россия "полностью потеряла импортозамещающие отрасли, потенциальные рабочие места, которые могли быть созданы, налогооблагаемую базу и многое другое".

Раскритиковал бывший зампред правительства РФ и плавную девальвацию рубля, которую проводили российские власти. По его словам, плавная коррекция курса не имела никакого экономического смысла, но на ее проведение пришлось истратить колоссальные средства: "Коррекция длилась всего 1,5 месяца – с середины декабря 2008 года до первой декады февраля 2009 года. Если бы правительство не прикладывало никаких усилий к сдерживанию падения, коррекция все равно завершилась бы примерно в эти же сроки, может быть, недели на две раньше, но деньги можно было бы сэкономить. Ведь на поддержку курса рубля было потрачено примерно 150 млрд. долларов. Это равно годовым бюджетным затратам на спорт и здравоохранение. И я не знаю, потеряли бы граждане от неконтролируемой девальвации столько своих накоплений, сколько было потрачено на их спасение".

На вопрос, кем принимались столь бездарные решения, Кох ответил лаконично: "Теми, кто считал, что резкое падение курса рубля приведет к резкому падению рейтингов". По словам эксперта, забота власти о своем рейтинге зиждется на неверном представлении, что этот рейтинг зависит от уровня жизни граждан: "Рейтинг зависит исключительно от пропагандистских усилий и от конструкции идеального государства, существующей в голове у электората. Всерьез борьба с кризисом начнется, когда мы убедим власть, что будем любить ее даже при падении уровня жизни. Тогда власть перестанет заботиться о рейтинге и начнет работать".

Одной из основных мер оздоровления и развития экономики, по мнению Альфреда Коха, является целенаправленное ослабление рубля: "Мне кажется, что при всех социальных издержках курс на слабый рубль был бы правильным. Я отдаю себе отчет, какую бурю возмущения это может вызвать, но мы должны определиться, чего хотим – роста доходов части граждан или сохранения старых и создания новых рабочих мест. Либо вы идете на некоторую стагнацию роста доходов и даже их снижение, но вовлекаете армию безработных в реальный сектор, где они начинают производить. Либо вам плевать на безработных, зато у работающих будут высокие зарплаты. Мне кажется, что продуктивнее первая стратегия".

Егор НАЙМУШИН