"Разнонаправленные импульсы власти – типично 1985 год"

Эпоха перестройки давно вошла в учебники по новейшей истории России. Несмотря на это, ее 20-летие активные участники отмечают ожесточенными спорами. Кто был инициатором смены формаций: верхи или низы? Однако гораздо более интересны ожидания современников перемен в духе перестройки от власти нынешней. Эксперты полагают, что сейчас может начаться новая "перестройка".

"Что такое перестройка? Ветер в лесу. Верхи шатает, а внизу все спокойно – только шишки летят" – такое определение политическому процессу дал один из участников ленинградского клуба "Перестройка" Андрей Сунгуров в рамках экспертного семинара "Перестройка в России: двадцать лет спустя", прошедшего в минувшие выходные. По-другому описывает свои ощущения Сергей Егоров, член координационного совета петербургской "Солидарности": "Вплоть до осени 1991 года я ощущал, что каждый следующий день будет лучше предыдущего". Впрочем, противоречивы не только ощущения непосредственных участников тех исторических процессов. Спустя 20 лет по-разному видится значение "перестройки".

"Власть пришла к тому, что по прежнему жить нельзя, – рассказывает Андрей Сунгуров. – Попытки решить проблемы с помощью существующего партийного аппарата успехом не увенчались. Тогда власть поняла, что реализация задач не возможна без поддержки институтов гражданского общества. Существенную роль в процессах сыграла роль лидера – Михаила Горбачева, который еще в самом начале перестройки в ходе встреч с населением дал понять, что перемены в принципе возможны". Однако Сунгуров отмечает, что Михаил Горбачев в начале перестройки, скорее всего, не имел представления о сущности тех процессов, проводником которых стал.

Об исключительной ситуации как в высших эшелонах власти, так и в массах говорит и Сергей Егоров: "Дело в том, что тогда не хотели, но могли и верхи, и низы". По мнению эксперта, перефраз ленинской цитаты точно отражает политическую ситуацию и объясняет сущность протекающих тогда процессов. Стало очевидно, что ситуацию в стране надо менять, хотя желания осуществлять перемены не было ни у власти, ни в массах, поясняет он. «Усугубили ситуацию факторы экономического характера: падение цены за нефть до 7 долларов за баррель. Спасибо президенту Рейгану за моё счастливое детство!".

Президент центра "Стратегия" Андрей Сунгуров высказал уверенность в том, что перестройка стала возможна во многом благодаря режиму взаимодействия власти и организаций (НКО), который установился в стране к началу перестройки.

Рассказывая о ленинградском клубе "Перестройка" он заметил, что основные участники организации – "люди состоявшиеся, но себя в полной мере не реализовавшие". В ленинградском клубе было довольно много молодых ученых – в основном социологи, экономисты, что сделало возможным разработать инициативы, во многом использованные властью в последующие годы. Вспоминая события тех лет, Сунгуров заметил, что в те годы клуб был площадкой для появления новых политических элит.

Споры о том, что же сделало возможным "перестройку", кажутся бесконечными. Что породило феномен новейшей истории? Среди ответов: инициатива элит, потребность масс, экономическая ситуация за рубежом, невиданная солнечная активность, теория заговора…

Интересной точки зрения на этот счет придерживается Андрей Сунгуров. "Режим взаимодействия организации и власти в начале перестройки позволил начаться политических процессам принципиально нового уровня, – замечает он. – Взаимодействие власти и организации имеют три модели: сотрудничество, игнорирование или доминирование. При этом последняя модель в современных странах приобретает форму доминирования со стороны государства, как это было в Советском Союзе. Модель сотрудничества, когда государство берет на себя роль садовника, характерна для перестройки. В период дефолта власть "примеряла" модель игнорирования организаций. После цветных революции в Грузии и Украине российские власти вернулись к модели доминирования, при этом точкой невозврата стал арест Ходорковского".

По словам эксперта, сегодня Россия близка к потенциальной "точке перегиба", после которой, согласно теории циклов, у страны может появиться перспектива выхода на более либеральную волну. "Факты, которые позволяют основать предположение, это разнонаправленные импульсы власти, – замечает он. В этом смысле сегодняшняя Россия – типично 1985 год". Либеральные ноты в президентском послании, реакция власти на общественные возмущения в связи с кризисом говорят о том, что возможность такая есть, считает Сунгуров. "При развитии тенденции можно говорить о том, что власть изберет модель сотрудничества с организациями, что приведет к созданию реальной многопартийности в стране", – заключает он.

Алиса Кустикова