Адвокат Кумарина обнародует документ о применении пыток к подследственному

Арестованный по делу о покушении на предпринимателя Сергея Васильева Андрей Михалёв недавно был доставлен в больницу с черепно-мозговой травмой и многочисленными гематомами. Как следует из показаний самого Михалёва, его травмы получены в результате следственных действий. Ситуацию с возможным избиением подследственного, а также с расследованием дела Владимира Барсукова-Кумарина комментирует известный петербургский адвокат Сергей Афанасьев. По словам Сергея Анатольевича, "по мере того, как разваливается доказательная база "рейдерских" эпизодов, инкриминируемых Владимиру Барсукову, возрастает значение эпизода "васильевского". Получить соответствующие показания становится для оперативно-следственной бригады критической необходимостью". Вероятно, именно эта необходимость сделала возможным то, что произошло недавно с одним из фигурантов уголовного дела Барсукова-Кумарина – Андреем Михалёвым. Вообще-то Михалёв является заключенным СИЗО 47/5, но это почему-то не помешало ему, согласно медицинской справке, получить 19 марта закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга и множественные гематомы. Сам Андрей Михалёв так описывает случившееся с ним: - 19 марта меня заказали на следственные действия. Ещё в помещении СИЗО 47/5 застегнули руки наручниками. Рядом со мной сел Денисов Д.Н. а за руль незнакомый мне сотрудник крупного роста и телосложения, рядом с водителем сел сотрудник в серой вязаной шапке. Сразу за воротами СИЗО 47/5 Денисов Д.Н. и сотрудник в серой шапке пересадили меня в белую "Газель". Голову я не поднимал, не желая злить конвойных. В "Газели" меня сразу подхватили двое сотрудников в чёрной униформе и чёрных масках, посадили на металлический остов сиденья и сразу же стали связывать ноги шнуром-верёвкой, похожим на кусок каната. Меня стали избивать руками и ногами, при этом машина двигалась. Я звал Дмитрия Николаевича, не имея возможности защищать себя от насилия. К ударам добавились разряды электрошокером по рукам. Один из сотрудников, который меня бил, сказал: "Ты всё подпишешь, сука! И всё нам расскажешь! И вообще будешь теперь делать, что мы тебе скажем!" Желая лишь одного, чтобы эти пытки прекратились, находясь в пограничном бредовом состоянии, я кричал, что на всё согласен, только не надо больше бить. Дверь "Газели открылась, и голос спросил: "Ну что? Он готов с нами разговаривать?..." Подробнее об этом читайте в номере 24 "Новой газеты в Петербурге", который вышел сегодня, 7 апреля.