Во время путча ГКЧП петербуржцы объединились с законной властью

19 августа исполнится 20 лет попытке государственного переворота, совершенной ГКЧП. В пресс-центре «Балтинфо» собрались живые свидетели тех событий, чтобы за «круглым столом» вспомнить прошлое и обсудить настоящее. Андрей Петров, в 91-м корреспондент газеты «Смена», вспомнил, что 19 августа вышел приказ – срочно увеличить тираж газеты на 100 тысяч экземпляров. Гульнара Шахназарова, ведущая «Радио Балтика», рассказала о том, как сидела всю ночь в ожидании Собчака. Депутат Аркадий Крамарев (а тогда начальник ГУВД) поведал, что отказался выполнять приказы ЛенВО. И все гости отмечали, что страна действовала в едином порыве, противостоя путчистам.  

Александр Беляев, в те дни председатель Ленсовета, отметил, что именно «Деятельность ГКЧП похоронила и Советский союз и КПСС, потому что народ смог видеть, что им не подчинялись ни партийные органы, ни силовые структуры. А издавать приказы об аресте они боялись». Он вспоминал, что как только в Ленинграде стало известно о путче, оперативно был создан штаб, в который вошли и мэр Анатолий Собчак, и городские парламентарии. Разместился он в кабинете Беляева, откуда начали координировать действия сторонников Ленсовета. Как заметил Беляев, «информационную войну мы выиграли». «Мы сверяли свою позицию с позицией народа постоянно. Власть и народ должны быть едины, тогда никакие революции и перевороты не страшны» - отметил он.

Вспоминая августовские события, депутат Ленсовета Михаил Амосов  был подробен в деталях. 19 августа он поехал на Гражданку, где стал раздавать обращения президента Ельцина народу. По его словам, самым интересным была позиция простых людей. «Они все подходили, спрашивали, и подавляющее большинство были нашими сторонниками, сторонниками демократии», - рассказал Амосов. На второй день Амосов вместе со студентами, которые хотели помочь демократам, расклеивал листовки. А на третий стал свидетелем того, как после обращения по радио к мужчинам прийти к Мариинскому дворцу, первыми на площадь начали съезжаться обычные таксисты. «Все вокруг были возмущены тем, что законно избранную власть пытаются сместить». И лишь после всего происходящего Амосов, по его словам, «смог, наконец, поспать на полу в своем кабинете».

А вот для нынешнего депутата Ватанара Ягьи 19 августа началось как обычно – он поехал в Мариинский дворец на встречу «Индия - Россия». Как вспоминает Ягья, принимать индийских гостей пришлось в Красном зале, но мыслями он был в Белом, где собралась сессия депутатов. Вскоре ему позвонили из Венгерского консульства спросить, проводить ли им вечером прием в честь венгерского праздника. «Проводите», - ответил Ягья. А уже вечером, когда он оказался дома, ему сообщили, что Александр Беляев собирает всех депутатов. «Я вышел на улицу, а на ней не было ни одной машины», - вспоминает Ягья. Ему удалось поймать грузовик, но его водитель мог довезти депутата лишь до 51 больницы, так как в этот момент в его машине ждал помощи парень со сломанной ногой.

Тем временем на Дворцовой площади уже во всю строили баррикады, защитники Ленсовета никого не хотели впускать внутрь, и Ягья вынужден был показать свое удостоверение. Лишь двадцатого числа во дворце появился Собчак. И вот после знаменитого митинга на Дворцовой, стоя на балконе в компании с мэром, Беляевым, депутатом Смирновым, поднимая флаг России, Ягья понял, как важны петербургские события для всей России.

Депутат Аркадий Крамарев, который во время августовских событий был начальником ГУВД, вспомнил путч с другой стороны. «Как начальник ГУВД я обязан был ехать в штаб ГКЧП к генерал-полковнику Самсонову, который был начальником  ЛенВО. Сын сказал, что меня «грохнут», как только я выйду. Он вышел из дома, шел впереди с карабином в руках. В штабе мне показали постановление ГКЧП и спросили, что я буду делать. Я ответил, что займусь противодействием грабежам, нападениям, беспорядкам. Если будут громить демократы – будем задерживать их, если коммунисты – то их». Аркадий Крамарев вспомнил, как его послали разгонять митинг у Казанского собора, но он отказался, потому что боялся разжечь и без того агрессивно настроенную толпу, тем более, что большинство милиционеров не хотели выполнять приказы по разгону митингующих.

«Мне позвонил криминальный авторитет, предложил выставить 200 вооруженных бойцов для защиты демократии. Я ответил ему, что расстреляю бандитов, если они появятся на улицах с оружием», - рассказал Крамарев. Он отметил, что несмотря на то, что первыми во время революций и демонстраций грабят винные лавки, ничего подобного в Петербурге не было. «Может потому, что товаров не было на полках», - ответил ему заместитель главреда «Смены» Андрей Петров.

Ведущая радио «Балтика» Гульнара Шарозыкова вспоминала, что во время программы в студию вошел Олег Руднов и предупредил, что звонили с телебашни. Ему сообщили, что дают пять минут для того, чтобы радиостанция попрощалась со слушателями, после чего ее выключат. Она, как и многие другие журналисты, отправилась в Мариинский дворец. Собравшиеся журналисты сидели всю ночь с 19 на 20 в ожидании Собчака. «Для нас главное было – не уйти без хороших новостей». Лишь в пять утра мэр города Анатолий Собчак дал пресс-конференцию. «Всю ночь я писала, что происходило в кулуарах, о чем говорили. Потом я записала пресс-конференцию», - вспоминала Шахназарова. Во время пресс-конференции она сговорилась с ведущими радиостанции «Открытый город», которую также отключили, чтобы вместе просить открыть эфир. Помог Юрий Вдовин, который привез группу во главе с Игорем Артемьевым (Ныне – глава ФАС России). Они вместе пошли на вышку и упросили открыть эфир. Следующие сутки радиостанции «Балтика» и «Открытый город» вещали на одной волне по очереди.

Мария Сергеева