ЗакС.Ру в FaceBook    ЗакС.Ру в Twitter    ЗакС.Ру во ВКонтакте    ЗакС.Ру в Telegram

Интервью 7 сентября 2006, 15:28

Татьяна Протасенко: Потенциала политического протеста сейчас практически нет

Как относятся петербуржцы к нынешней власти? Поддержат ли они оппозицию? Что должно произойти, чтобы наши сограждане вышли на улицы, чтобы выразить протест? Как они относятся к новым политическим объединениям? На эти и другие вопросы корреспондента ЗАКС.Ру Романа Перла ответила Татьяна Протасенко, старший научный сотрудник Социологического института РАН, научный руководитель социологического центра "Мегаполис".

- Татьяна Захаровна, вы по своей работе отслеживаете изменения в общественном мнении граждан. Скажите, пожалуйста, какие наиболее интересные для вас тенденции сейчас улавливают социологи?
- Самый важный показатель, который мы отслеживаем с 1991 года,  это удовлетворенность жизнью в целом. Субъективные ощущения бывают порой важнее, чем какие-то объективные вещи. Вот общая удовлетворенность жизнью растет. В 1991 году были удовлетворены своей жизнью и сложившейся ситуацией только 15%, а 83% были не удовлетворены. Люди были недовольны, прежде всего, тем, как складывалась их повседневная жизнь. Гораздо меньше было идеологических причин. Не нравилась людям, как они живут. Дефицит, несвобода в плане поездок по стране, за границу, сложность при смене работы - это все очень не нравилось. Несмотря на большие трудности, которые в России возникли в плане уровня жизни, удовлетворенность жизнью в начале девяностых повысилась, стала 23%. С 1995 года количество тех, кто был удовлетворен жизнью, стало больше количества недовольных. Сейчас уже 52% граждан удовлетворены своей жизнью в целом. Это очень важный показатель.
Также мы регулярно отслеживаем то, как люди представляют развитие страны. Как хотят, чтобы Россия пошла по пути демократических развитых стран, искала свой путь или вернулась к социализму. Очень любопытно, что никогда больше 11% не хотели вернуться к социализму. Однако идея того, что у России свой путь, внедрена в сознание. Но сейчас растет количество людей, считающих, что Россия должна идти по пути демократически развитых стран, - сейчас их 33%. Эти тенденции мы отслеживали в последний год.

- Это из-за того, что в стране появились деньги, полученные от продажи нефти, или люди довольны действиями властей?
- В целом у нас очень сильно выросли доходы. Если в начале 1992 года среднедушевой доход по городу был 3 доллара, перед дефолтом - 102, то сейчас - 267. Так что в бытовом плане, в плане потребления жизнь стала лучше. Мы сейчас обсуждаем потенциал протеста, оппозицию. Но у нас люди во многие начинания вроде нацпроектов не верят, не поддерживают. Тем не менее, у Путина рейтинг очень высокий. Вера в царя до сих пор есть. В целом же к власти относятся весьма скептически. Люди стали большими прагматиками. Они не пойдут выражать протест. Наши опросы показывают, что люди приспособятся. Выберут путь не всегда законный, но такой, чтобы им стало лучше. Потенциала политического протеста сейчас практически нет. В опросах многие говорят, что даже цензура нужна. Если протест и есть, то исключительно в недовольстве повседневной жизнью. Во-первых, считают, что благосостояние растет не такими быстрыми темпами, как могло бы, и люди считают, что им мало перепадает от нефтедолларов.

- Почему оппозиция сегодня столь непопулярна в Петербурге? Что должны сделать оппозиционные организации, чтобы улучшить к себе отношение горожан?
- Месяц назад приезжал Станислав Белковский, и оппозиционеры обсуждали, возможна ли право-левая оппозиция. Исходили из того, что это должна быть оппозиция любым способом. У нас уже были такие примеры. Была Октябрьская революция, были другие, когда говорили "выиграем, а там разберемся". Потом начинаются такие разборки, друг друга убивают. Люди помнят это. Выходов на площадь у нас не будет. Когда идет социальный протест, он должен концентрироваться вокруг интересов определенных социальных групп. Если они чем-то недовольны, они выходят. При монетизации льгот была группа, которая оказалась недовольной, и ее можно было поднять на протест. Сейчас больше всего есть недовольство в среднем классе. Средний класс на улицы не пойдет, но он недоволен, например, тем, что не может купить сейчас жилье. Тут есть потенциал недовольства. Востребованы те политические силы, которые предложили бы эффективные решения наболевших проблем и работали бы со своими целевыми группами. У нас любая партия  партия всех. Не может быть такого. На верхушке можно договориться, но на большинство вопросов у разных социальных групп различные ответы.

- В оппозиционной среде есть ряд общих идей. Одна из них  это протесты против намыва новых земель на Васильевском острове и строительства там порта и различных зданий. Есть ли смысл дальше работать над этой темой, или намыв  это не так уж и плохо?
- Я живу там. У меня прямо из окна виден этот намыв. Могу сказать, что даже нашим жителям глубоко наплевать. У нас постоянно возникают всякие, вроде Дружининского (приятель Ковалева, бывший водитель трамвая). Регулярно выходят листовки. Самое любопытное, что делает это все депутат Южилин. Он бывший "родинец", не знаю, относится он сейчас к ней или нет. Если нет поддержки населения, то ничего не выйдет. Мы проводили опросы. Такие проекты вызывают эмоции только у тех, кто проживает не больше, чем 500-1000 метров от места строительства. Это касается также и уплотнительной застройки. По опросам город нормально реагирует на намыв. Васильевский остров реагирует хуже, ближайший микрорайон реагирует еще хуже, плохо реагируют только несколько домов, которые окнами туда выходят, да и то не все местные недовольны.

- Но все-таки для оппозиции обыгрывание этих тем  возможность привлечь несколько тысяч сторонников.
- Может быть. Но они должны понимать, против чего там реакция. Главный протест, я вам скажу, даже не против самого порта - вопрос в том, где пройдет Западный скоростной диаметр, потому что совмещения этих двух проектов территория и жители не выдержат. Ответа на этот вопрос нет.

- Еще одна похожая тема  это строительство высотных сооружений, в частности башни Газпром-Сити. Сейчас разрабатывается проект наклонной башни Внешторгбанка. Почему городские власти отдают под высотную застройку центр города и даже не пытаются уговорить стратегических инвесторов осваивать пригороды?
- Люди относятся к этому по-разному. Я специалист по социологическим проблемам в градостроительстве и знаю, что во всем мире люди по-разному реагируют. Лично мне нравится стиль смешения. Вообще же отношение зависит от того, затрагивает это твои личные интересы или нет. А вообще интересов быть не может.

- К примеру, проект "Балтийская жемчужина" будет реализовываться на окраине города, и затрагивает это лишь тех, кто там живет. "Газпром-Сити" - все-таки центр, поэтому и интересует большее количество горожан.
- Что касается "Балтийской жемчужины", то там еще одна вещь есть. Пытались говорить о том, что там будут китайцы и прочее, прочее. Был идеологический момент, но он мало сработал. А небоскреб Почему бы ему там не быть? Мне лично, например, этот проект нравится. В Париже мне нравится район "Дефанс". Нельзя из Петербурга делать исключительно город-музей. Что там хорошего есть, на том месте напротив Смольного? Пока ничего. Да, есть ограничения по высоте. Но, кстати сказать, за гостиницей "Санкт-Петербург" выстроили новые дома. В общем, выглядит это неплохо.

- Буквально за неделю до скандала в Эрмитаже против высотного строительства высказался Михаил Пиотровский. Связана ли шумиха с кражами, в принципе, не очень ценных экспонатов из музея и громкое заявление Пиотровского, что нельзя допустить появления в центре зданий выше карниза Зимнего дворца?
- Это сейчас волнует очень многих. Понимаете, занимаясь всякой политикой, все может быть. Пиотровский вообще политическая фигура. Он входит в двадцатку самых влиятельных людей Петербурга. Дело не только в "Газпромбашне" - он еще активно выступал против концертов на Дворцовой площади. Потом он подписывал письмо, связанное с ситуацией с некоммерческими организациями. Все может быть. И "Балтийская жемчужина", и небоскреб  это коммерческие проекты. Как известно, политика всегда тесно связана с экономикой. Всегда за многими вещами стоят большие деньги.

- Два года назад произошла трагедия в Беслане, после которой по предложению президента были приняты кардинальные изменения в избирательном законодательстве. Как менялось отношение людей к отмене выборов губернаторов, отмене одномандатников за эти два года? Каково это отношение сейчас?
- Тогда, после Беслана, у нас был опрос. Мы спрашивали, как люди относятся к инициативам президента. В такой формулировке отмену выборов губернаторов люди поддержали, но как инициативу президента. Когда в формулировке осталась просто инициатива, поддержка стала снижаться. А когда мы стали задавать напрямую вопрос, за выборы люди или за назначения, то однозначно респонденты подержали выборы. Сейчас выявилась неожиданная вещь. В Петербурге люди выступают за выборы, потому что боятся, что назначат губернатором не Валентину Матвиенко, а кого-то другого. У нее, надо сказать, очень хорошая поддержка среди пожилых людей  главных наших избирателей.

- А есть ли данные об отношении к выборам в Законодательное Собрание Питера? Они же пройдут по новому закону.
- Что касается закона о выборах, то ситуация тут плохая. Люди говорят, что ни черта не могут понять в нашем питерском законе. Самое интересное, что я сама его объяснить не могу несколькими словами. Депутаты сами, когда начинают объяснять, начинают путаться. Весной мне звонили депутаты, спрашивали о результатах опросов. Депутаты, особенно "Единой России", очень заволновались. Они понимают, что список окончательно формироваться будет в Москве, и часть из них, несмотря на свои высокие рейтинги в округах, никуда не попадут. У них сейчас внутри идет борьба, и, возможно, будут какие-то изменения внесены в этот закон. Весной Тюльпанов заказывал опрос по всем округам. Насколько мне известно, результаты опроса были частично предъявлены депутатам. Для них некоторые вещи были удивительными: они мне звонили, хотели узнать, не опрашивала ли я в их округах, потому что результаты странные. Может, это такой метод давления на них.

- В прошлом году вы проводили опрос, судя по которому в ЗакСобрание могут пройти лишь "Единая Россия"  и КПРФ. Что с остальными? Какие все-таки, по-вашему, партии мы увидим в новом составе ЗакСа?
- Мне пока трудно сказать в связи с тем, что происходит с РПЖ и "Родиной". Вот это еж с ужом. Я знаю, что есть негативное отношение к этому со стороны наших властных структур, той же "Единой России". Им это очень не нравится. Понимаете, мы долгие годы говорили об объединении "Яблока" и СПС. Дело в  том, что электорат  это не быдло полное. Эти могут объединиться, но очень разный электорат не пойдет голосовать.

- Но, ведь, большое значение имеет административный ресурс.
- При двадцатипроцентной явке  да, ресурс имеет значение, если придет пожилой электорат. Я знаю о ситуации в Свердловском отделении РПЖ. Не уверена, насколько жестким будет противостояние в Питере, но оно будет. Вообще, все наши политические силы, большинство, мечены и ждут отмашки от Кремля. Думаю, что они все там торгуются, там идут переговоры. Им всем, думаю, будет отведено определенное место и определенная роль. Ходят слухи, что Миронову обещаны 7%. В опросах 45-48%  ничего не говорят о своих симпатиях. Оставшиеся 34-35% - это "Единая Россия". Потом идут КПРФ, "Родина" - 6-8%. Далее ЛДПР с "Яблоком". Сейчас вот большое достижение - РПЖ получила 3% и обогнала на полпроцента СПС.

- У "Яблока" есть возможность пройти в Думу, или Ирина Хакамада права в том, что демократы этот политический сезон пропустили?
- Думаю, что их шансы очень сомнительны. Они ничего нового не предлагают. Часть от "Яблока" ушла к "Родине". Если они действительно договорятся,  если в "Родине" будут изменения, то избиратели могут вернуться. Перспективы могут быть у новых партий, хотя они вряд ли что-то успеют. Нужно решать проблемы с лидерами, со средствами массовой информации и искать точные целевые группы.

- Атака городских властей на ряд представителей малого бизнеса - владельцев остановочных павильонов, ларечную торговлю в метро, маршрутки - какие чувства вызвала среди горожан? Как петербуржцы отнеслись к действиям против мелких капиталистов, которых, в принципе, всегда недолюбливали?
- Изначально они им не сочувствовали. Довольно большой процент людей считали это правильным. Понятно, что их было слишком много, где-то они были не нужны. Покупать в помещении безопаснее, чем покупать на улице. Другое дело, что будут недовольные закрытием точек в метро. Не хватает, например, книжных киосков. Вообще, это банальный передел рынка, я думаю.

Подписывайтесь на канал ЗакС.Ру в Яндекс.Дзен , Телеграм и Яндекс.Новости

Обсуждение
 ПРАВИЛА
Запрещается: Оскорбление участников дискуссии и иных лиц, употребление нецензурных слов и брани, разжигание межнациональной розни, пропаганда насилия, спам и реклама других сайтов, комментарии не по теме материала, обсуждение действий администрации сайта. Администрация сайта оставляет за собой право удалить комментарий, если он нарушает эти правила.






Новости27 ноября
Смотреть предыдущие новости →

Проект
«В ваших интересах»

Задайте вопрос депутату
Cимволы с картинки:
ОТПРАВИТЬ




Главное ↓ 

О редакции Реклама