Когда антифашист не сдается, ему ломают ноги

Филипп Костенко, сотрудник антидискриминационного центра "Мемориал", постоянный участник уличных акций протеста — сегодня, пожалуй, один из самых известных анархистов Петербурга. Новый 2012 год встретил в тюрьме: 6 декабря после стихийного митинга получил 30 суток ареста. 31 января, а затем 3 февраля подвергся нападениям; в результате последнего был госпитализирован с переломом ноги и черепно-мозговой травмой.

Филипп Костенко: "В отношении нас, анархистов, ведут разработку центры "Э" (Центр противодействия экстремизму. — А. Б.). Первые угрозы я получал от них еще года три-четыре назад. Происходило это по схеме: нас задерживали на акциях, и в отделы приходили, кроме обычных сотрудников милиции, сотрудники центров "Э". После каждого второго задержания приезжали, уводили в комнату, чтобы поговорить один на один (или двое на одного, если приезжали парами). Они пытаются выяснить, кто "готов к сотрудничеству" (мне поначалу предлагали "работать" на постоянной основе — причем за какие-то смешные преференции, 5 тыс. руб. в месяц и бесплатный проезд). А также угрожают, обычно в не очень явной форме: мол, хотите проблем?

Два года назад во время обыска я познакомился с Василием Ионовичем Трифаном. Обыск сопровождался множеством нарушений, в том числе применением силы и угрозами. Тот же Трифан занимался задержанием и этапированием из Москвы в Петербург Воротникова и Николаева из арт-группы "Война", после чего у них были зафиксированы следы побоев.

А после нападения на меня 3 февраля на мою электронную почту приходили сообщения с угрозами, подписанные "Василий Трифан".

За четыре дня до этого, 31 января, я и еще две девушки сидели в "Макдоналдсе" у метро "Пушкинская", когда какие-то молодые люди стали нас
фотографировать. Когда мы вышли на улицу, нас ждали четыре человека лет восемнадцати. Они явно принадлежали к неонацистам — и меня, видимо, узнали по видео с акций 19 января: памяти Стаса Маркелова и Насти Бабуровой. Начали задираться, несколько раз ударили, я отбивался, потом меня повалили и били ногами по голове. Было это около полудня, прохожие стали возмущаться, и они убежали. Я никуда не обращался — во-первых, потому что были только легкие повреждения, а во-вторых, потому что не вижу смысла взаимодействовать с правоохранительными органами — хотя бы потому, что предоставляемые мною сведения потом окажутся у нацистов.

3 февраля было второе нападение. Между 8.30 и 9 утра я шел на работу через парк, когда сзади на меня набросились два человека. Сначала стали спрашивать мое имя, потом один разглядел мое лицо, сказал: "Это Филипп!" — и стали меня избивать.

Эти были лет тридцати, крепкого телосложения — совсем не похожи на тех, кто нападал тремя днями ранее. Лиц, к сожалению, не запомнил. Избивали ногами, причем били целенаправленно по коленям. Сломали ногу, и сотрясение мозга я получил. Потом они убежали; прохожие помогли мне дойти до дома. Поняв, что травмы серьезные, я вызвал скорую.

Когда приехала бригада — появились сотрудники полиции, которые, как они сказали, прочли новость о нападении в интернете. Они стали требовать объяснений, но я сказал, чтобы они позже пришли. Тогда мне попытались подсунуть бумагу, что я отказываюсь давать заявление.

Я пролежал в больнице пять дней, мне наложили гипс, диагностировали закрытую ЧМТ. В это время на сайте ГУВД появилась информация, что я "не захотел заявить о совершенном преступлении", а также "отказался от медицинской помощи, которую вызвали сотрудники полиции". Тогда 6 февраля АДЦ "Мемориал", где я работаю, направил в Следственный комитет заявление о совершенном в отношении меня преступлении.

В последний день перед выпиской, в 11 вечера, ко мне пришел дознаватель, подробно все расспросил, причем я настоял, чтобы версия о причастности к нападению сотрудников центра "Э" была вписана. С тех пор — ни слуху ни духу.

Спустя месяц, вечером 3 марта, накануне акции протеста было совершено нападение на антифа-активистку. Двое неизвестных, сильные мужчины, использовали оружие: нож и бутылку. Девушку ранили ножом в руку и ударили бутылкой по голове; ей чудом удалось скрыться. Нападавшие действовали целенаправленно: знали ее в лицо. Применение оружия свидетельствует о намерении не просто напугать, а нанести очень серьезный вред здоровью или убить.

Сейчас против меня ведется два уголовных дела. Первое — оскорбление сотрудника полиции (ст. 312). Мы хотели провести перформанс на площади Свободы (площадь у Гостиного двора, где проводятся акции протеста). Принесли картонные будки с надписями "Милиция" и "Полиция", но не успели даже их установить: полицейский принялся их разрушать, в результате чего одна из картонных частей оказалась у него на голове. Месяцев через пять после этого мне предъявили обвинение в оскорблении… Грозит штрафом до 50 тыс. рублей или исправительными работами на срок до двух лет.

А второе дело — вандализм группой лиц по предварительному сговору (ст. 214, ч. 2). Я был задержан в конце сентября 2011 за якобы "демонтаж рекламного щита "Общероссийского народного фронта", грозит до 3 лет, хотя могут присудить штраф или исправительные работы.

Оба дела возбуждены при активном участии и оперативной поддержке центров "Э". По-моему, эти ведомства надо просто закрывать, т. к. их деятельность неподотчетна закону; реформирование было бы полумерами".

Приложение №1

Интервью с Игорем Одушко, начальником пресс-службы ГУ МВД по СЗФО:

— Вам известно о нападении на Филиппа Костенко и о том, что на его электронную почту приходили угрозы от имени вашего сотрудника Василия Трифана?

— Да, известно. Помимо прочего, мы мониторим блогосферу.

— Как вы можете это прокомментировать?

— Ну, вы можете себе представить человека с более идиотическим складом ума, чем тот, который стал бы посылать подобные письма от своего имени?

— То есть вы отрицаете, что это делал ваш сотрудник?

— Естественно. Мы считаем, что кто-то другой действовал от имени нашего сотрудника.

— Проводилась ли проверка по факту угроз Филиппу Костенко?

— Это не прерогатива нашего подразделения — по-моему, такая проверка проводится другим ведомством или уже проведена.

— Считает ли Центр по противодействию экстремизму деятельность антифа экстремистской?

— Центр проводит расследования только факту совершения правонарушений. Иногда они совершаются членами антифа.

— То есть никакой разработки антифа в целом не ведется? Никакой профилактической работы?

- Нет, профилактической работы мы не ведем. Только по факту.

Приложение №2

Электронные письма, полученные Филиппом Костенко от адресата "Василий Трифан vitrifan@mail.ru".
3 февраля 2012 г. 13:05
"Ну что филипок, болят ножки? Это пока только разминка. Будешь продолжать вы***ся, получишь еще п***й. Так что сиди тихо, и не вякай, а не то до конца жизни под себя кровью ссать будешь.)))"
8 февраля 2012 г. 19:11
"Забери свою заяву, сученок. Хочешь еще п***й? ты их получишь и очень скоро".

Записал Анджей Беловранин