ЗакС.Ру в Twitter    ЗакС.Ру во ВКонтакте    ЗакС.Ру в Telegram

Статьи 3 февраля 2010, 13:55

Отели класса "все снесено"

Строительство новых гостиниц остается в числе приоритетных направлений — Смольный по-прежнему декларирует необходимость создания максимально комфортных условий для туристов, чей интерес к уникальному классическому наследию северной столицы якобы не убывает. В то же время Валентина Матвиенко хлопочет перед ЮНЕСКО о сокращении территории исторического Петербурга как объекта Всемирного наследия — губернатору представляется нонсенсом содержание под охраной четырех с лишним гектаров: "Такого в мире не существует. Самая большая охраняемая территория Рима — 1,5 тысяч гектар, Париж — 0,36 гектара…"

Хотя именно это — нигде больше не существующее — сбереженное в таком объеме единство исторической планировки и рядовой застройки (а не только отдельных памятников) и обеспечивает особую притягательность Петербурга. Рим, где категорически запрещено вторжение новой архитектуры в старый город, принимает в год свыше 16 млн туристов, а город на Неве, катастрофически теряющий свой подлинный облик, — в среднем 4,5 миллиона.

Золотые объекты целевого назначения
Еще в 2004 году губернатором Матвиенко было подписано постановление правительства "О Программе размещения объектов гостиничной инфраструктуры в Санкт-Петербурге", предусматривавшее создание режима особого благоприятствования инвесторам, готовым создавать у нас новые отели. В частности, оговаривалось, что объекты недвижимости и земельные участки в рамках этой программы могут предоставляться целевым назначением (с очевидным ущербом для городской казны — ведь их продажа на торгах могла принести куда более ощутимый доход бюджету).

Кризис не помешал руководству города пополнить перечень таких объектов — под занавес 2009 года в него включили еще 24 позиции, причем весьма привлекательные. Среди них — участок в парке 300-летия Петербурга, адреса в Репино и Сестрорецке, на Моховой ул. (у пересечения с ул. Чайковского) и ул. Маяковского (на месте нескольких корпусов знаменитой Снегиревки), на Фонтанке (д. 3а — знаменитая блокадная подстанция и д. 132 — корпуса б. Александровской больницы, XIX в.), на месте определенного под снос универсама вблизи Смольного (Тульская ул., 3а).

Но поистине золотые объекты в новом списке — это, конечно, Марсово поле, 1, и Невский пр., 7–9. И тот и другой — охраняемые государством памятники. Оба приглянулись братьям Зингаревичам — совладельцам ОАО "Группа "Илим" (считается, что именно они стоят за компанией "Плаза Лотус Групп", с которой летом прошлого года губернатор Матвиенко подписала меморандум по развитию гостиничной инфраструктуры).

Марсово поле, 1 — бывшие казармы лейб-гвардии Павловского полка (одна из первых в Петербурге работ архитектора В. П. Стасова). В 1928 году здесь разместилось управление "Электроток", с конца 1990-х обосновалось "Ленэнерго". С 2005 года, когда акционеры ОАО "Ленэнерго" приняли решение о реформировании компании и переезде на пл. Конституции, Росимущество дало принципиальное согласие на проведение инвестиционных торгов с перспективой перестройки здания-памятника под отель.

Однако недавно концепция поменялась: в мае 2009 года Владимир Путин подписал распоряжение правительства РФ, которым был утвержден перечень передаваемых в собственность Санкт-Петербурга памятников федерального значения, "которые необходимы для обеспечения г. Санкт-Петербургом установленных федеральными законами полномочий". В этот перечень попало и здание с адресом Марсово поле, 1. Какие такие полномочия северной столицы необходимо осуществлять в отеле и почему в трудную пору экономического кризиса опять отдается предпочтение не торгам, а "целевке" — понять трудно.

Впрочем, гораздо большее беспокойство вызывает дальнейшая судьба памятника.



О том, как со зданиями обходятся при "реконструкции" под фешенебельные отели, хорошо известно. И тут статус федерального объекта культурного наследия надежной защитой вовсе не является. Лишнее чему подтверждение — тот же Дом со львами (Вознесенский пр., 1, арх. О. Монферран), также в свое время включенный в программу размещения гостиниц. Хотя несколькими годами раньше он передавался Управлению делами Президента РФ для государственных нужд (заявлялось, что здание совершенно необходимо для размещения перемещаемых в северную столицу чиновников федеральных ведомств).

Процесс приспособления памятника под фешенебельный отель подразумевал снос флигеля работы Монферрана, водружение безобразной остекленной надстройки и уничтожение исторических интерьеров. Разделаться с последними не составило особого труда — выяснилось, что КГИОП позаботился о том, чтобы не сильно обременять инвестора обязательствами по их сбережению, сузив перечень предметов охраны до нескольких единиц. Объяснялось это тем, что будто бы ничего толком и не сохранилось за те годы, что Дом Лобановых-Ростовских занимали проектный институт и прочие конторы.

Можно предположить, что схожая тактика будет выбрана и в случае с домом на Марсовом поле. Пожалуй, припомнят, что в годы войны здание пострадало от прямых попаданий авиабомбы и артиллерийских снарядов, что фасады были восстановлены, интерьеры частично реконструированы. Так что подлинного, аутентичного XIX веку и подлежащего сохранению насчитают наверняка немного.

Довольно абсурдной затеей представляется и приспособление под отель здания бывшего торгового банка Вавельберга на Невском, 7–9 (1911–1912 гг., арх. М. М. Перетяткович) — с гигантским единым внутренним объемом операционного отделения в стиле неоренессанс и громадными оконными проемами.


Невский пр.,7–9. Фото 1914 года.

Программа "круши-продай" в действии
В мотивировочной части правительственной Программы-2004 утверждается "преимущественное размещение гостиничных объектов — в местах концентрации историко-архитектурных и культурных памятников". Признается, таким образом, что именно культурное наследие обеспечивает заоблачную цену возводимым на его костях отелям и жирный навар инвесторам. Однако совершенно не берется в расчет то, что бурный рост новообразований последнего времени упомянутую концентрацию памятников как раз и сведет на нет, превратив в жидкую баланду.

"Архитектурные решения, используемые при строительстве новых гостиниц, подчеркивают красоту Санкт-Петербурга, усиливают его неповторимость", — утверждается в программе. Мест, где эти слова следовало бы высечь в граните, уже в избытке. Достаточно пройтись по адресам Программы-2004, оценив последствия реализации заявленных первым списком проектов.

Ранее упомянутый Дом со львами и вырастающий монстр на другой стороне Вознесенского проспекта (д. 6), претендующий на то, чтобы снискать звание очередной градостроительной ошибки, составив пару фурункулу, вылезшему в панораме Исаакиевской площади при сооружении отеля на Почтамтской.

Другой адрес неподалеку — Почтамтская, 3–5. Ради сооружения очередного отеля тут пожертвовали двумя историческими зданиями (один из них — выявленный объект культурного наследия — дом Почтового ведомства, или особняк Шувалова, XVIII–XIX вв., арх. Л. Руска, Н. Гребенка), оставив от них лишь фасадные стены. Вскоре над двухэтажной исторической застройкой улицы поднимется 6-этажный куб из монолитного бетона.




Еще одно агрессивное вторжение в охраняемые панорамы обеспечит гостиничный комплекс на Конногвардейском бульваре, 5 — Галерной, 6. Вся выходившая на Галерную часть исторической застройки снесена под ноль, от здания по Конногвардейскому осталась одна фасадная стена. Будущий апарт-отель поднимется на несколько этажей над соседними домами и будет торчать в окружении Исаакиевской площади и в панораме Английской набережной.

Очередной градостроительной ошибкой обернулось и строительство гостиницы на Невском, 91 — Гончарной, 4. Вопреки протестам Градостроительного совета возведен объект чужеродной архитектуры, поднявшийся выше не только соседних исторических зданий, но и памятной стелы — доминанты площади Восстания.

"Вот стоит обелиск, посвященный Ленинграду — городу-герою, и уж, казалось бы, тут должно быть всем ясно, что выше в этом месте не должно ничего быть, — замечает в интервью телеканалу "СТО" архитектурный критик Алексей Лепорк. — Теперь же у нас перспектива будет на это здание. И его проект со стороны Староневского, это такая банальнейшая коммерческая архитектура, которой в центре следовало бы избегать, и вообще стыдно было бы показывать и в каком-либо другом месте".



Без слез не взглянешь и на то, во что превратили уголок старого Петербурга, сооружая на 8-й линии Васильевского острова отель по проекту Рафаэля Даянова. Кризис заморозил заявленное строительство отеля на канале Грибоедова, 51–53, где успели уничтожить знаменитую Пробирную палату.

Скандал, связанный с самовольным разрушением дома на углу Литейного и Чайковского в ходе его приспособления под гостиницу (если кто забыл — Валентина Матвиенко обещала тогда "примерно наказать" застройщика), завершился торжественной речью губернатора на церемонии открытия отеля Sonya: "Это уникальный для нашего города проект крупного отеля, концепция которого вдохновлена творчеством Достоевского и отражает дух старого Петербурга". Какое отношение имеет Достоевский и его творчество к Литейной части и каким образом уничтожение подлинного Петербурга отражает его дух, градоначальница не пояснила.

По данным Maris Properties / CBRE, средняя заполняемость петербургских отелей в прошлом году составила 48% (годом ранее — 59%). Обеспечить постояльцами хотя бы на 50% все имеющиеся и близкие к сдаче гостиницы позволит только увеличение в полтора раза потока приезжающих в северную столицу туристов, полагают аналитики рынка. Так зачем еще строить новые отели, попутно изничтожая то единственное, что способно вызывать интерес к нашему городу?


Татьяна Лиханова

Подписывайтесь на канал ЗакС.Ру в Яндекс.Дзен , Телеграм и Яндекс.Новости

Обсуждение
 ПРАВИЛА
Запрещается: Оскорбление участников дискуссии и иных лиц, употребление нецензурных слов и брани, разжигание межнациональной розни, пропаганда насилия, спам и реклама других сайтов, комментарии не по теме материала, обсуждение действий администрации сайта. Администрация сайта оставляет за собой право удалить комментарий, если он нарушает эти правила.











Главное ↓ 

О редакции Реклама